Фэнтези 2005

Деревья здесь росли в форме обратной свастики. Дорога впереди кубарем скатывалась с холма и взлетала на деревянный мост через неширокую речушку, на котором стоял ржавый полосатый шлагбаум. На огромном валуне, торчащем из топкого берега реки, лежала огромная ящерица, поблескивавшая желтым змеиным брюхом.

Рыцарь-паук подъехал к берегу и привстал на стременах.

— Эй, на камне! — закричал он. — Ты кто? Тварь ли дрожащая или право имеешь? Бессловесная ли рептилия, божьим промыслом достигшая невероятных размеров? Магический ли зверь, способный подражать членораздельной человеческой речи? Древнее ли чудовище, которое может поддерживать философическую беседу на любом из цивилизованных языков? Или безнравственно оголивший срамные места благородный рыцарь, коего я вскоре включу в пищевую цепочку?"

"Собственно говоря, сэр Леопольд не был абсолютно точен с академической точки зрения: древние чудовища тоже относились к магическим животным, но прожитые тысячелетия наделяли их таким могучим жизненным опытом, что немногие изначально разумные могли вести с ними беседу на должном уровне. Победить древнее чудовище на поле битвы, на теннисном корте или за шахматной доской было неимоверно сложно, однако такая победа сразу поднимала одержавшего ее рыцаря на несколько пунктов в общем рейтинге. Благородными же рыцарями становились исключительно представители изначально разумных рас, коих к настоящему моменту этнографами было открыто столь много, что порой Леопольд не мог сказать с уверенностью, что за живое существо стоит перед ним, — если, конечно, на твари не было рыцарского доспеха.

Огромная ящерица открыла один глаз и внимательно посмотрела на паука.

— Рыцарь я, рыцарь, — буркнула она, потягиваясь. — Желтый рыцарь-рептилия Гекко II. Я страж моста, и никто не проедет по нему без моего ведома. Подожди, сейчас я надену свой полный турнирный доспех XV века и преградю тебе дорогу. — Ящер сполз с камня и исчез в высокой траве. Было слышно, как он чем-то шелестит и стукает, вжикает «молниями» и бормочет: — Вот ведь… на посту день и ночь… один раз позагорать решил… надо же было какому-то остолопу…

Паук заметно огорчился рыцарству ящерицы.

— Черт! Надо было подкрасться бесшумно и распороть тебе брюхо карандашом, — заявил он. — Я-то наивно решил, что ты из бессловесных тварей и испугаешься уверенной поступи и зычного голоса доблестного рыцаря.

— Ага, держи карман шире, — злорадно отозвался ящер, выезжая на мост в боевом облачении. Скакуном ему служила огромная личинка колорадского жука. — В следующий раз будешь умнее!

— Да уж. — Сэр Леопольд немного поразмышлял, потом крикнул: — Послушай-ка! Я могу отъехать на тысячу шагов вправо и форсировать реку вброд.