Фэнтези 2004

На сей раз топали пободрее — попривыкли немного, да и не случилось с ними ничего страшного, и это, как бы ни пугали они себя с вечера, вселяло некоторую уверенность в будущем.

Постепенно лес становился все мрачнее. Здесь росли по преимуществу ели, старые, черные, мощные, обросшие лишайником. Между иными стволами тянулась завеса паутины в несколько слоев — такую и ветер не колебал. Впрочем, ветра не было. Свет пробивался сквозь деревья только над самой дорогой, а отступи с нее на шаг, и окажешься во тьме.

Если вчера они сохраняли видимость строя, то сегодня сбились в кучу и шагали, как хотели. Орен по-прежнему шел последним. Хотя, с его ростом он мог видеть дорогу и поверх голов остальных. После того, как они снялись со стоянки, он не проронил ни слова, но в целом вел себя не более нелюдимо, чем вчера.

Однако к середине дня он стал выказывать некие признаки беспокойства. Велел всем ускорить шаг, и стоило кому-то замешкаться, сразу же подгонял. Тевено прислушивался и присматривался, пытаясь понять причины таких действий. Каков бы тяжел ни был нрав конвоира, вряд ли он заторопил их из одной лишь вредности (как, похоже, считали Квилл и прочие). Но Тевено ничего не замечал, а может, спешка мешала ему заметить.

— Быстрее, — сквозь зубы приговаривал Орен. — Быстрее.

— Да что ж это такое! — взорвался Квилл. — Что ж нам — до Рауди бегом бежать? Или ты уморить нас хочешь, чтоб мы задохнулись?

Если он будет столько болтать, то задохнется еще быстрее, подумал Тевено, но додумать не успел. Фола ойкнул. А вслед за ним услышали и другие.

Позади них в лесу что-то ломилось сквозь деревья. И вряд ли это мог быть человек.

Шум раздавался по правую руку от дороги. В нем были уже различимы топот и треск.

Орен мотнул головой влево.

— Прочь с дороги и на деревья!

Они подчинились, двигаясь вприпрыжку через трухлявые лежачие стволы, поваленные не бурями и не людьми, а только временем. Полезли вверх, хватаясь за мохнатые, пружинящие под ногами ветки. Неуклюжий Муг умудрился сверзиться на землю, и Тевено пришлось его подсаживать. При этом он обернулся, и сердце у него заныло.

Верхушки вековых елей отчаянно затряслись, и на дорогу что-то выдвинулось… высунулось…выбежало.

Это оказалась не нежить, какой они стращали друг друга у костра, а всего лишь зверь. Но пожалуй, лучше бы это была нежить.

Тевено никогда не видел кутху воочию, но слышать — слышал, и сразу узнал. По очертаниями тела кутха более всего напоминал кабана, а вот ростом был примерно с быка. И морда у него была такая, какой ни у быка, ни у кабана нет и быть не может. Ни рогов, ни клыков, зато непомерно вытянутые вперед челюсти, больше всей остальной головы, украшенные острыми мощными зубами. Кутха питался в основном зверьем поменьше, но, говорят, не брезговал и человечиной.