Фэнтези 2004

То, что происходило с мертвым конем, ничуть не напоминало обычное окоченение трупа — плоть Кусаки вымерзала изнутри, подобно тому, как превращаются в лед фрукты в выставленной на лютый мороз чаше. Шкура казалась хрупкой как стекло, морда покрылась синеватым налетом инея. Внутренности, вываливающиеся из вспоротого брюха, выглядели твердыми, будто вырезанными из красноватого дерева. Если бы конь пал на леднике, холод и ветер могли бы сотворить с ним нечто подобное, но в защищенной от непогоды башне замерзнуть так было совершенно невозможно…

Подъем к Снежной Твердыне занял у него несколько часов. Была уже ночь, когда Лэн въехал на широкий каменный мост, ведущий к воротам крепости. Расселина под мостом в темноте казалась бездонной, но где-то далеко внизу слышался едва различимый звук струящейся воды. Снегопад, к счастью, перестал — небо над горами приобрело глубину и цвет темного аметиста, и очертания крепостных башен угрожающе вырисовывались на фоне слабо светившегося в ночи ледника. Лэн преодолел уже половину моста, когда окованные черной бронзой ворота бесшумно распахнулись и навстречу ему выехала кавалькада закованных в доспехи всадников с высокими плюмажами на шлемах. Их кони ступали неслышно, словно призраки. Не успел Бар-Аммон сообразить, что к чему, как оказался в плотном кольце верховых латников. Драгоценный нервно заржал, вскидывая голову. Лэна пробрала дрожь, но он демонстративно осадил коня, всем своим видом показывая, что неожиданное появление всадников его нисколько не напугало.

— Я — Лэн Бар-Аммон, могущественный маг, прибывший из южных земель, — торжественно произнес он, обращаясь к воину, чей гребенчатый шлем был увенчан особенно длинными перьями. Скользнул взглядом по отполированному металлическому забралу, в узкой прорези которого чернели неподвижные глаза, и осекся, почувствовав, как язык примерзает к небу. Этим людям бессмысленно рассказывать о своих заслугах, отчетливо понял Лэн. «Им неинтересны мои регалии и мой послужной список. Я для них не более чем явившийся без спросу странник, осмелившийся приблизиться к стенам столицы. Сейчас они оттеснят меня к краю моста… потом грубо выдернут из седла и скинут вниз, в бездонную пропасть…»

Ничего подобного, однако, не произошло. Всадник молча мотнул своими перьями, указывая на ворота, потом отвернулся и, по-прежнему не производя ни малейшего шума, поскакал обратно в крепость.

Кто-то хлопнул Драгоценного по холке тяжелой рукой в кольчужной перчатке, и маг продолжил свой путь к вратам Снежной Твердыни, сопровождаемый безмолвным эскортом.

Они проехали широким, вырезанным в скале туннелем, тускло освещаемым вделанными в стены хрустальными линзами.