Возвышение физрука

Наш, так сказать, квестстартер никак не ограничивал условия выполнения задания. Мы могли действовать по собственному разумению, на свой страх и риск, его же интересовал только результат. Мы могли попробовать взять кристалл с боя, выторговать его, обменять на что-нибудь, просто попросить в дар, наконец, Элронда это не волновало. Но я почему-то не сомневался, что просто это не будет.

— А вам известно, сколько уже попыток он предпринимал, чтобы заполучить это?

— Нет, — сказал я. — Но не сомневаюсь, что такие попытки были.

— И все же, вы думаете, что можете добиться успеха? — спросил Отец.

— Это ж как в драке, — сказал я. — Главное — красиво ворваться, а там уж как-нибудь что-нибудь получится. По ситуации.

— Мне нравится такой подход, — сказал вождь всея орков. — И я вижу, что ты неплохой боец, и, может быть, когда-нибудь станешь великим воином, но ты ведь здесь совсем недавно?

— Это так очевидно? — спросил я.

— Да, — сказал он. — Это совершенно очевидно, потому что здесь так дела не делаются.

— И как же здесь делаются дела? — подал голос молчавший до этого времени Виталик.

— Хотите это? — поинтересовался Отец, снова тыкая пальцем в управляющие коды. — Вам повезло, вы мне нравитесь и сегодня я согласен на обмен. Вы получите искомую реликвию, как только принесете мне Жемчужину Юга.

И перед нашими изумленными взорами зажглась табличка с описанием квеста.

Магистр вынес на улицу кресло-качалку, доставшееся ему от предыдущего смотрителя, устроился в нем с трубкой в зубах, положил арбалет на колени и уставился во тьму. Тьма тут же принялась вглядываться в него миллионами голодных глаз, но сейчас Магистра интересовала только одна пара.

— Выходи, — сказал Магистр.

Тьма не удостоила его ответом.

Магистр щелкнул арбалетом. Собственно говоря, когда механизм арбалета уже взведен и готов к стрельбе, им не так-то просто щелкнуть, не разрядив, но Магистр нашел способ. Это он умел особенно хорошо — находить способы.

— Я тебя вижу, — сказал Магистр. — Выходи.

Тьма перед его взором сгустилась, и в воздухе обрисовался силуэт. Силуэт был определенно женским.

— Так вот ты какое, чудовище из Ржавого леса, — сказал Магистр.

— В определенном смысле, да, — голос у чудовища оказался тихим, приятным и с небольшой хрипотцой. Окажись на месте Магистра сочинитель любовных романов, он назвал бы этот голос «волнующим». И еще в нем были очень опасные нотки, которых сочинитель любовных романов наверняка бы не уловил.

— Банши, — удивился Магистр. — Всего лишь банши.

— Прошу прощения, но мне не очень нравится это твое «всего лишь», — сказала банши.

— Не пойми меня неправильно, — сказал Магистр. — Просто я удивлен.