Физрук

Наконец, на экране появилась белая полоска, имитирующая сетку настольного тенниса, а так же точка, перемещающаяся из угла в угол, которую надо было отбивать ракетками — двумя короткими полосками, справа и слева. В общем, в XXI веке на такую забаву не обратили бы даже внимания, а в начале восьмидесятых ХХ-го — это казалось чудом.

К игрушке потянулись не только мальчишки, но и девушки. Пришлось сколотить три команды — сначала играли Володька и Тришка, потом — Серега и Алька, за ними — Ксюша и Наташа. Мужчины гордо отказались. Я, потому что пережил когда-то это все уже, а Константин Тихонович — потому что в принципе не понимал смысла этого развлечения. Он все пытался втянуть меня в рассуждения о политике. А мне и это было скучно, потому что я знал события наперед, а рассказать ему не мог.

Когда играющим надоел теннис, они пожелали пострелять. Для этого надо было подключить световые пистолеты и заменить корт на тир. Игра сразу пошла веселее. Не только мальчишки-восьмиклассники, но и девчонки, которым давно пора играть в живые куклы, азартно палили по электронной мишени. Наконец, хозяйка дома спохватилась и приказала всем возвращаться за стол — пить чай. Для оного у нее было заготовлено не только варенье, но и покупной торт. При виде кремовых раз, от приставки отлепились даже самые заядлые стрелки.

Только друг семьи остался равнодушен к сладостям. А так как я уже отказался от водки, то и ему не оставалось ничего другого, кроме того, чтобы пить чай. Выпив чашечку, Константин Тихонович принялся собираться. Ксения взялась было его уговаривать, но гость с обиженным видом отнекивался. Я понимал мужика. Раньше он всегда был здесь главным гостем. Сидел во главе стола. Вещал. Все слушали его, раскрыв рты. А тут появился я. И не то что бы отвлек на себя внимание, но нарушил сложившуюся расстановку сил."

"Ничего, привыкнет. Не знаю, какое у него там семейное положение, но к девчонке, которая его моложе на четвертак, липнуть не годится. Тем более — к сироте. Друг семьи свалил. Начали собираться и пацаны. Время еще не позднее, общественный транспорт ходит. Мне тоже пора уматывать, и не забыть прихватить Наташу с собой. Однако хозяйка явно не хотела нас отпускать. Всё у нее находились какие-то разговоры к подружке. Володьке Ксюша велела идти спать. А нам с медсестричкой подлила чаю.

Меня уже начало клонить в сон. Девчата журчали, журчали, журчали, а глаза мои слипались, слипались, слипались. Чтобы не упасть со стула, я перебрался на кровать. Прилег на минутку, вздремнуть на пару минут. А когда открыл глаза, в окно бил солнечный свет. Меня не стали будить? А как же Наташа?.. Ушла домой одна?.. Я машинально взглянул на часы. Десять. Пора вставать. Ни о какой пробежке и речи быть не могло. Мне бы пивка для здоровья.