Физрук

— Ладно, — буркнул он. — Давай к делу… Здесь нас точно никто не услышит.

— Неужто и вас слушают?..

— Меня — тем более… — отозвался полковник. — И, надеюсь, ты выслушаешь тоже.

— Уже, — кивнул я, чувствуя, как замерзают ноги.

Снег, набившийся в ботинки, растаял и носки промокли. Не хватало еще перед праздниками простудиться.

— Курбатов мне доложил о вашей с ним беседе, — продолжал Михайлов. — В рамках своих полномочий он сказал, что мог, но я скажу больше, ибо хочу, чтобы ты стал моим человеком в этом деле.

— Благодарю за доверие, — пробурчал я, — но я ведь не сотрудник комитета…"

"— Поэтому ты мне и нужен, — сказал старик. — Не переметнешься, если что…

— Куда не переметнусь?

— Не важно!.. В общем так. Мне нужно, чтобы ты втерся в доверие к Эдвину. Стал моими ушами и глазами в его банде.

— А у него есть банда?

— Эдвин возглавляет чрезвычайно опасную преступную группу, к тому же имеющую связи за рубежом. Полный состав группы нам не ясен. Мы знаем, что в нее входят люди, не самые последние в городе, но помимо них еще и уголовники, а также некоторые сотрудники МВД. Так вот, нужно проникнуть в самую глубь этой группы. Мы направляли туда своих оперативных сотрудников, но их быстро вычисляли. Нельзя исключить наличие предателя и в нашем Управлении. Чтобы его выявить, и нужен человек со стороны.

— В таком случае, я самый неподходящий для этой цели человек, — пробурчал я, притопывая, чтобы хоть как-то разогнать кровь в замерзающих ногах. — Не далее, как сегодня Эдвин говорил со мною и угрожал, если я не успокоюсь, со мною разобраться.

— Вот и отлично! — обрадовался полковник. — Если дошло до угроз, значит, он боится и ему будет спокойнее держать тебя при себе.

— А не спокойнее ли ему будет меня убрать? — раздраженно спросил я. — Ведь он уже пытался проделать что-то подобное, при помощи старшего сержанта Гришина.

— Если бы хотел убрать, убрал бы, — жестко ответил старик. — Вся эта история с кубками, колготками, экспертизами — лишь хитрая манипуляция, чтобы сделать тебя одним из них. Ради тебя Эдвин готов был пожертвовать одним из своих, Стропилиным, то есть. Мы ему сломали эту игру, отпустив твоего приятеля и фактически закрыв дело. Посему Эдвин пребывает в растерянности. Надо этим воспользоваться.

— Да, но как я ему в доверие вотрусь⁈ — ошарашенно спросил я. — Приду домой или в кабинет и скажу, дяденька, возьми меня в банду.

— Придумай как, — пробурчал Михайлов. — Воспользуйся своим умением нравиться бабам, связями среди городских торгашей и прочих нужных людей. Делай, что хочешь. Я даю тебе мандат на самые неожиданные действия, даже рискованные, в том числе и с точки зрения закона. Главное — стань своим для Эдвина и всей его шушеры.