Физика любви

Дело в том, что мама Оливки обожает покупать разный парфюм. Чаще всего селективный, то есть то, что стоит дорого и продается не везде. Очень похоже на тетю Лику. Чтобы проверить ароматы на себе, она любит покупать маленькие флаконы по десять миллилитров, и те, которые ей не подходят, она отдает либо Оливке, либо мне. Из-за этих подарков я никогда не чувствую себя неловко. Она как-то так умеет все преподнести, и всегда добавляет это свое «на удачу».

Я возвращаюсь на кровать, а Оливка перекатывается на бок и забирает у меня флакончики:

– Дай посмотреть, что там. Ой, класс! Ну мама, все клинья к тебе подбивает! Мне такие не отдавала!

Я смотрю на Настю, а лицо ее просто светится гордостью и любовью. Мое сердце сжимается. Если она смогла так полюбить приемную маму, почему я не могу так же сильно полюбить родную?

– Ну что? Ян, да я шучу, – неверно расценивает мое замешательство Настя.

– Да все в порядке. Ты просто опять удивляешь своими оборотами, – я закатываю глаза и передразниваю подругу, – «клинья подбивает»!

– У тебя все хорошо? Ты какая-то странная. Ты вообще-то давно странная, но сегодня прям, – и она корчит забавную рожицу.

Я смеюсь. Да, последнее время я прямо вот такая, тут не поспоришь.

– Ну вообще я хотела поговорить, – набираю побольше воздуха, как перед заплывом, и выпаливаю остаток фразы, – я дала твой телефон Яну."

"С ее лица разом сходят все краски. Настя резко садится и спрашивает:

– Зачем?

– Потому что он попросил, – я тоже сажусь и касаюсь ее плечом.

– И что? Не надо было.

– Насть, это сложно объяснить, и вообще это звучит ужасно глупо, но ты меня просто послушай.

Мы смотрим друг на друга, и я вижу напряжение в каждой черте ее лица.

– Яна, если ты думаешь, что мне важнее какой-то парень, чем ты… – начинает подруга тихо.

Я искренне улыбаюсь и качаю головой, глядя себе в колени.

– Оливка, я не знаю, как бы все было еще пару недель назад, но сейчас…

И я наконец рассказываю ей все.

Вижу, как тяжело ей молчать, но она дает мне договорить до конца и не перебивает.

А когда заканчиваю, она крепко обнимает меня. Мы сидим так целую вечность, и я думаю, какое счастье, что мне удалось не потерять подругу из-за мнимой влюбленности. Да, мне все еще странно об этом думать, и я чувствую отголоски ревности, но мне удается трезво отделить основные эмоции от побочных. Смогла бы я сделать это раньше? Вряд ли.

– А теперь скажи честно, – я беру ее за плечо, – он тебе нравится?

– Яна.

– Нет, не надо, скажи как есть.

– Он всем нравится.

– А тебе?

– Ну ты и цербер! – она смеется, – раньше ты такая не была. Да. Да, он мне нравится. Но я никогда бы не стала ничего предпринимать.

– Слава богу, что я уберегла тебя от такой принципиальности.

– Яна!

– Слишком часто называешь меня по имени.