Финита ля трагедия

Остановив машину в сторонке, Павел Петрович и притихшая Надежда вышли из нее и направились к открытым воротам.

Возле ворот к ним подошел мужчина в черном костюме, с печальным и озабоченным лицом, и вполголоса проговорил:

– Венки можете пока отнести к крыльцу.

– Венки? – переспросила Надежда. – Дело в том, что у нас…

– Букеты тоже, – мужчина был лаконичен, – и проходите в дом, сейчас начнется церемония.

Павел Петрович хотел что-то возразить, но Надежда схватила его за локоть и слегка сжала, призывая к молчанию. Она кивнула и двинулась к крыльцу роскошного трехэтажного особняка. В том же направлении медленно двигались все окружающие их люди. Этих людей отличали от Надежды и Павла две вещи: во-первых, они были одеты исключительно в черное и, во-вторых, все они были богаты.

Богатство чувствовалось в покрое черных костюмов и платьев, в неброских, но явно очень дорогих украшениях женщин и в массивных золотых часах мужчин, а самое главное – в их холеных, уверенных лицах и тех взглядах, которыми эти люди обменивались.

– Так это… – прошептал Павел Петрович, склонившись к уху Надежды.

– Да, – она чуть заметно кивнула, – это похороны.

– Что мы здесь будем делать? Это же неприлично! Мы никого не знаем! Нас отсюда просто выставят!

– Никто нас не выставит! – ответила Надежда вполголоса. – На похоронах всегда масса незнакомых людей! А мы должны кое-что выяснить…

– Что?

– Одну вещь я, кажется, уже выяснила.

Надежда задержалась возле крыльца, где на специальном помосте возвышалась целая гора роскошных венков.

Венки из живых цветов были перевиты черными шелковыми лентами с золотым тиснением. Надежда одну за другой читала надписи:

«Любимой жене от скорбящего мужа», «Дорогой мамочке», «Любимой сестре от безутешного брата», «Дорогой Ариадне Аветисовне от коллег»…"

"– По крайней мере, мы выяснили, кто такая А. А. Туманян. Точнее, кем она была. Правда, поговорить с ней нам не удастся…

– Простите, – раздался вдруг рядом с Надеждой молодой женский голос, – вы, наверное, мамина одноклассница?

Надежда Николаевна обернулась. Рядом с ней стояла темноволосая девушка с огромными черными глазами. Лицо ее было сильно напудрено – должно быть, девушка пыталась скрыть следы слез.

– Простите, я сама посылала вам приглашение, но забыла, как вас зовут.

– Надежда Николаевна.

– Да, конечно… – девушка смотрела сквозь собеседницу, ломая пальцы, – вы не представляете… вы просто не представляете…

– Да, огромное горе! Я глубоко сочувствую вам. – Надежда произнесла обязательные в таком случае слова.

– Она была совершенно здорова! Кто бы мог подумать!

– А что с ней все-таки случилось?

– Никто не понимает! – Девушка порывисто схватила Надежду за руки.