Финита ля трагедия

Даже Татьяна не мечтает о такой глупости!

И вот в один прекрасный, как она тогда думала, день Ольга поняла, что судьба вместо подлянки дала ей неожиданный шанс разбогатеть. Нужно только изъять из компьютера список женщин, которые по недоразумению или по чьему-то злому умыслу получили в подарок отравленный крем, и продать потом фирме «Ликофарм» эту информацию за большие деньги. Ольга не собирается зарываться и просить миллионы. Несколько тысяч долларов, цену однокомнатной квартиры где-нибудь в приличном районе…

Но эти сволочи из фирмы решили поступить по-своему. «Жадность фраера сгубила!» – подумала Ольга, когда им с Татьяной удалось с помощью крепких ребят из столярки отбиться от парней в черном. Но в самый последний момент один из них сумел выхватить у нее папку, и Ольга поняла, что теперь она не представляет для тех парней никакой угрозы. А вот они для нее очень даже представляют. Они с Танькой решили пока разбежаться.

И вот неожиданно, от совершенно чужой женщины, Оля узнала о смерти подруги. Всю ночь она проплакала, а наутро собралась в город. Она хотела убедиться в том, что Таня действительно умерла, а кроме того, ей непременно нужно было кое-что забрать из комнаты подруги. Кроме того, когда она узнала, что вместо списка люди из «Ликофарма» получили бумаги этого лысого профессора, у нее появилась надежда на благополучный исход дела.

Добравшись пешком до Выборгского шоссе, девушка остановила проезжавшую машину и назвала улицу неподалеку от Таниного дома. Назвать адрес подруги она побоялась – она опасалась преследования и не знала, кому можно верить. Водитель высадил ее на углу, откуда она за несколько минут дошла до улицы Стоматологов. Оглядевшись по сторонам и не заметив ничего подозрительного, вошла в подъезд.

У нее с прежних времен остался ключ от Татьяниной квартиры. Осторожно, стараясь не шуметь, Ольга открыла входную дверь и вошла в прихожую. Дверь соседки была закрыта, а на двери Таниной комнаты виднелась бумажная полоска с печатью."

"Ольга на мгновение замерла, у нее перехватило дыхание. В глубине души она не верила в смерть подруги, надеялась, что сейчас дверь откроется, и Татьяна выйдет навстречу в своем домашнем ситцевом халатике, улыбнется и спросит, где Ольга столько времени пропадала. Но официальный вид лиловой печати убил всякую надежду.

Ольга подцепила край бумажки ногтем, отклеила ее, постаравшись не разорвать, и осторожно открыла дверь.

В комнате было тихо и пусто, пахло пылью и еще тем трудноуловимым запахом, который быстро появляется в нежилых помещениях. Бедная обстановка – узкий диванчик, накрытый клетчатым пледом, небольшой столик, игравший роль и обеденного, и журнального, и в редких случаях письменного, пара стульев, платяной шкаф.