Финал

Сунув руку в карман, она еще раз проверила, на месте ли Ключ Грёз. По крайней мере, сама она защищена, а если потребуется исчезнуть, всего-то и нужно будет сделать, что вставить его в ближайший замок. Тем не менее она не могла избавиться от беспокойства.

Волшебное платье, казалось, разделяет неуверенность хозяйки. Пока Скарлетт, сверяясь с картой, следовала к докам на окраине города, оно приобрело настороженный коричневый оттенок, идеально подходящий для того, чтобы сливаться с окружением. Сделав еще несколько шагов по шаткому деревянному настилу, она ощутила знакомый щекочущий ноздри запах соли, рыбы и сырости.

Точно так же пахла и Трисда – крошечный остров, где Скарлетт провела большую часть жизни. Но вместо того чтобы почувствовать тоску по дому, ей захотелось бежать без оглядки – как прежде всегда хотелось ускользнуть с Трисды. После окончания Караваля Скарлетт дала себе слово, что больше не позволит страху управлять собой.

Она считала доки, сверяясь с нарисованной для нее Николя картой, пока не оказалась у длинного причала, застеленного черно-золотым ковром, ведущим к похожему на плавучий дворец кораблю. На его корпусе располагались резные изображения русалок мужского и женского пола, сжимающих в руках трезубцы и морские раковины. Мачты тоже были украшены гигантскими статуями с коронами из звезд на головах – эти держали роскошные пурпурные паруса.

Судно было почти оскорбительным в своем великолепии и явно принадлежало человеку с чрезвычайно высоким о себе мнением. У нее сложилось совсем другое впечатление о Николя. Он казался более приземленным. С другой стороны, у каждого своя маскировка.

Едва ступив на причал, Скарлетт остановилась. Она и раньше нервничала из-за встречи с Николя, а теперь и вовсе почувствовала укол страха, заставивший ее обернуться. Она ничем не обязана бывшему жениху.

Большинство людей плохо воспринимают отказ. Скарлетт представлялось особенно неразумным отвергать Николя на его судне, поскольку он мог с легкостью выбросить ее за борт – или вовсе уплыть, сделав ее своей пленницей.

Она обернулась. Ей хотелось быть храброй, но не глупой.

– Скарлетт? Это вы Скарлетт Дранья? – позвал чей-то голос, не похожий на голос Николя.

«Беги! Прячься! Зови на помощь!» — запульсировал ярко-красным предупреждением ее инстинкт самосохранения, но было уже слишком поздно.

На голову ей набросили черный мешок.

– Отпустите меня! – закричала Скарлетт, пытаясь высвободиться, однако невидимый обидчик заломил ей руки за спину и грубо связал.

– Поосторожнее с ней, – приказал другой голос. – Он не хочет, чтобы его дочь пострадала.

24

ДонателлаТелла не знала, какой запах у чистого предвкушения, пока не добралась до Полуночного Лабиринта Легендо.