Филькина круча

Мишка пошел в свое убежище между тополями и садиком. На полдороге он обернулся и посмотрел на киоск, и в этот момент он представил Хамида. Даже сейчас в его голове загорелый худой таджик смотрел на него и вежливо улыбался. И в этой улыбке, казалось, разливался океан тепла.

Когда Мишка уселся у ствола, чтобы завязать болтающийся шнурок на кроссовке, он не сразу заметил торчащие из-за второго тополя ноги. Сердце резко подскочило к горлу и гулко плюхнулось назад. Мишка наконец разглядел знакомые сланцы.

– Ё-ка-лэ-мэ-нэ, ты че тут делаешь, пацан?

– Исаак-Масаак, напугал, говорю. Фух! Подумал, может, трупак бомжа какого лежит. У нас такое часто можно встретить.

– Ты так и не сказал, как тебя зовут.

– Да, точно… – Он достал дудку. – Мишка я. Ты же не против, Исаак?

Исаак пожал плечами:

– Не вреднее, чем жить с моим папашей. – Мишка поднес дудку к сухим губам.

Исаак уставился на него. Глаза его горели одновременно любопытством и осуждением.

– Ой, Господи, ладно, буду в другую от тебя сторону выдыхать.

Через какое-то время Исаак спросил:

– Отец же не просто так ругает тебя, он заботится о тебе и твоем здоровье.

– Да хрена с два. Ему плевать на меня. Думаешь, он весь такой правильный? Да он больше думает о себе, что о нем скажут другие, кого он воспитал да какой у него вырос сын и бла-бла-бла. Дети – это проект, понимаешь, который нужно защитить. А не защитишь, значит ты лузероид, тьфук, говно на палочке, а отстоищем в обществе никому быть не хочется. И моему отцу в первую очередь. Он лучше меня сгнобит, чем признает, что профакапился. Так что не мое здоровье его заботит, а своя собственная репутация.

– Разве не любишь его?

– Нет. – Мишка выпустил облако дыма, как будто хотел за ним спрятать свое лицо. – Была б возможность, я бы сбежал от него. Как мама.

– Ты хочешь уйти к ней?

Мишка опустил глаза.

– Ей я тоже не нужен, иначе она бы убежала вместе со мной.

– А может, все же надо поговорить с отцом?

– Да хорош! Че пристал? Сам-то сюда опять че приперся? Небось, самого родаки достали?

– Нет, у нас с мамой все нормально… в целом. Я… из-за Кати… – Исаак замялся, опустил глаза и отвернулся.

– Чего? – голос Мишки вдруг оживился. – Давай колись! Тебе че, Катька понравилась?

Мишка удивленно выпучил глаза. В одно мгновение он почувствовал себя лишним, и это чувство ему не понравилось.

– Забудь о ней, дурак! Она больная, понял?

– Что? – Мишка подскочил к Исааку и схватил его за хлипкую застиранную футболку, что та аж затрещала под его крепкими пальцами. – Забудь о ней, говорю!

– Да она сама меня позвала! – Исаак с силой оттолкнул Мишку.

Мишка отлетел к забору, в его спину впились жесткие металлические прутья.