Фиктивный наследник магната. Не.Родные

- М-м-м, а сколько лет? – спрашиваю я, пока моя рука так и зависает в воздухе.

- Почти три.

Чувствую, как теплая детская ладошка все-таки касается моей, и нежно сжимаю.

- Дану ставят задержку речи, - продолжает Левицкий. – И еще он плохо идет на контакт с людьми. Психологи подозревают…

- Замолчи, - говорю тихо, но твердо. – Не обсуждай Даниэля при нем. Дети все чувствуют, - укоряю его.

Жду агрессивной ответной реакции Яна, но, к моему удивлению, ее не получаю. Наоборот, боковым зрением замечаю, как он кивает.

- Знаешь, Даниэль, я бы на твоем месте тоже с ними не разговаривала, - продолжаю стискивать крохотную ручку в своей и радуюсь, что малыш не сопротивляется. – Что ж, будем вместе учить язык этих снобов, - подмигиваю ему.

Дан хоть не смотрит мне в глаза, но уголки его губ плывут вверх. От искренней детской улыбки в душе разливается приятное тепло.

- Даниэль, идем переоденемся к завтраку, - откашлявшись, хрипло говорит Ян. – И тебе тоже не помешало бы, - бросает мне как бы между прочим.

Вспоминаю о своем внешнем виде, смущенно поправляю влажные, спутанные волосы. И, ощутив на себе не по-братски откровенный взгляд, сильнее запахиваю халат.

Тем временем Дан сползает с постели и послушно идет к Яну. Слежу за мальчиком взволнованно. Не сразу понимаю, что именно зацепило меня в предложении Левицкого. А когда осознаю, то вспыхиваю от страха и недовольства.

- К завтраку? – подскакиваю на ноги и становлюсь между Даниэлем и Яном. – Ты собираешься бросить малыша на растерзание своей семейке… Адам'с?

Глава 18

Ян напрягается, складывает руки в карманы, но говорить что-то не спешит. Размышляет. Я же тем временем воспламеняюсь от негодования.

- Я уж было подумала, что здесь, - тычу пальцем в его стальную грудь, - хоть какие-то ошметки сердца есть. Но нет. Ты решил Дана вместо завтрака этим стервятникам скормить? – шиплю так, чтобы малыш не слышал.

- Левицкие обязаны принять Даниэля. Он – член нашей семьи. И пусть кто-то хоть попробует против высказаться, - чеканит Ян.

- Сам же только что сказал, Дан на контакт не идет, - пытаюсь достучаться. – И при этом он вынужден будет терпеть толпу ваших родственников.

- Наших? – цепляется за слово Левицкий. – Ты же утверждаешь, что это и твои родственники тоже? – выплевывает с сарказмом. – Или, наконец, созрела признаться во всем?

Понимаю, что оговорилась. И все потому, что действительно не считаю Левицких родными. Не могу и не хочу принимать их. Пусть у нас одна кровь, но этого недостаточно, чтобы стать по-настоящему близкими.

Однако Ян не в курсе моих мыслей и чувств. Тогда почему он задает странные вопросы?

- Признаться? – хмыкаю я как можно равнодушнее. – В чем?

Левицкий делает шаг ко мне. И еще один."

"Я врастаю в пол.