Фиктивная жена

Наташа сделала мне массаж и мы договорились о времени завтрашней встречи. Надеюсь, что после такой профилактики я очень скоро приду в норму. Ну или превращусь в изнеженную Золушку.

Сергей повез Наташу обратно в клинику, а я осталась лежать на шезлонге и наслаждалась приятным расслаблением после занятий и массажа, не в силах даже пошевелиться. Мысли о Павлове не посещали меня, да и сам мужчина так и не появился за это время, и я пришла к выводу, что, скорее всего, он уехал рано утром на работу. Но тем же лучше для нас обоих.

Кажется, я все же задремала, теплые солнечные лучи нежно ласкали кожу, я не зафиксировала плечо и лежала в шезлонге в слитом купальнике, который купила вчера в торговом центре. Часть покупок я наспех разобрала, решив с остальной частью расправиться после обеда. Все вещи мне очень понравились и таких дорогих марок в одежде у меня никогда еще не было."

"Почувствовав чье-то присутствие сквозь дрему, я вдруг физически ощутила, что кто-то рассматривает меня и не сводит глаз с моего лица. Медленно приоткрыв глаза, я увидела Павлова. Он стоял передо мной в строгом деловом костюме. Окинув его долгим взглядом, я задержала взгляд на его лице. Ему шел синий цвет и белая рубашка оттеняла смуглый оттенок его кожи. И в целом, мужчина выглядел свежим и отдохнувшим. Почему, собственно, ему можно было разглядывать меня, а мне нет? Я зачем-то вспомнила, что с правой стороны на его груди под одеждой все еще оставались кровоподтеки и синяки, но они совсем не портили эстетического вида, скорее напротив, добавляли некой чувственности. В тот раз, когда я помогала делать ему перевязку, мне хотелось протянуть руку и погладить эти ссадины пальцами, провести ими по его твердом животу и… Все же со мной что-то, определённо, было не так и меня следовало изолировать от общества этого мужчины. Неужели эти сны и наше частое общение накладывали такой отпечаток?

Резко втянув в себя воздух, я поняла, что Павлов, прищурившись стоит на месте уже довольно долгое время, а я бессовестно сканирую его тело своим пылающим взглядом. В трусиках, кажется, снова сделалось влажно.

— Как позанимались? — спросил он спокойным голосом, а мои щеки вдруг вспыхнули огнем.

— Хорошо, спасибо. Я чувствую себя значительно лучше, — я смущенно отвела взгляд и опустила глаза, но лучше бы этого не делала.

Я заметила, как призывно встали мои соски, проступая через тонкую ткань купальника. Павлов тоже это заметил, я поняла это по его насмешливому выражению лица. Все-таки ему нравилось меня смущать… Чувствуя, как краска стыда заливает мои щеки, я вздрогнула от неприятного ощущения своих торчащих сосков и, поспешно прикрылась полотенцем.

— По-моему тебе хватит загорать твои плечи и ноги покраснели.