Фиктивная жена авторитета

Он нервничает и злится, и на меня даже не смотрит, только на дорогу. Вообще, он очень внимательно водит автомобиль, не отвлекается обычно даже на разговоры с мамой. Отвечает ей сдержанно «угу» и «да/нет». И мне отвечать тоже не будет. Да и спрашивать как-то не хочется. Достаточно только взгляд бросить на то, как крепко папа сжимает руль, как моментально желание говорить пропадает.

Как только приезжаем, первой вылетаю из машины и бегу к дому. На крыльце уже стоит мама. Ждет меня. Вижу по ее лицу, что ждет. Она хмурится, нервно заламывает руки, нервничает и всматривается в мое лицо. Хочет понять, как все прошло?

— Что же ты так, дочка, оступилась опрометчиво? — качает головой, сжимая своими холодными руками мои.

— Я?! Мама, что я сделала? — не выдерживаю.

— Как что?! Мальчик твой свататься приходил из университета. Папа так разозлился, что чуть собак на него не спустил. И тут же замуж решил тебя выдать. Ох, дочка…

Мама продолжает что-то говорить, а у меня в голове крутится один вопрос «Какой мальчик?»

Глава 4

Как не стараюсь, а никого из университета, с кем бы я была настолько близка, чтобы он пришел свататься, вспомнить не могу. Мысленно перебираю всех до единого парней. Да никто даже открыто ко мне не клеился, не говоря уже о том, чтобы прийти к отцу и свататься.

— Зачем ты так, дочка? — спрашивает мама. — Папа хотел, как лучше, чтобы ты замуж вышла за достойного человека.

Мама тянет меня за собой ко мне в комнату. Видимо, подальше от отца, чтобы не кричал на меня. На людях он просто очень сильно сдерживался, а вот дома может и голос повысить, наговорить всякого."

"Я редко даю повод, но если он есть, мама обычно за меня вступается и тоже получает сверху за все. И за то, что хозяйство ведет плохо и что рубашки не гладит вовремя. Ни за что получает, потому что лучше хозяйки, чем она, не найти.

— Мам… мамочка, я не знаю, о ком вы, — поворачиваюсь к ней, как только заходим в комнату. — Не знаю, кто приходил.

Мама сомневается. Как только говорю это, резко отодвигается от меня, хмурится так, что на переносице залегает глубокая складка. Не люблю, когда она так делает. У мамы и так достаточно морщинок на лице в ее возрасте, а она так себе еще больше их добавляет.

— Мам, поверь мне, я не знаю. Я бы ни с кем и никогда.

Говорю чистую правду. Среди сверстников меня никто и никогда не интересовал. А тот единственный, по кому я сохну обо мне даже не знает. У Рустама своя жизнь, женщины, которые ему нравятся, работа, он…

Замерев, вспоминаю то, что однажды услышала еще от дедушки. «Сын Амира на дочери твоей жениться обещал. Как повзрослеет — ему ее отдашь».

— Мама, а ведь у дяди Амира сына Рустамом зовут? — резко перевожу тему.

— Да, — отвечает мама машинально. — А что?

У меня же сердце замирает, а затем от радости пускается вскачь. Рустам.