Фиктивная свадьба (СИ)

Выставляю перед собой руки:

— Не смей!

В глазах мужчины сейчас непроглядная тьма. Я не могу разобрать — злость там, ненависть или брезгливость. Да и не хочу, если честно."

"— Кто? — резко спрашивает он, делая шаг ко мне.

Отступаю, мотая головой. Еще мгновение назад я считала, что он меня ненавидит. Но сейчас я слышу в его голосе сталь. Вот только звенит она болью. Откликается во мне, вытаскивая на поверхность все то, что я запрещала себе видеть и вспоминать.

— Лена, кто?!

Мотаю головой, жмурюсь от слез, которые в этот раз сдержать не получается. Я будто заново чувствую каждый удар плети. Кожу жжет в тех же местах, а в ушах стоит раскатистый злой крик отца.

Проваливаясь в прошлое, я упускаю момент, как оказываюсь в руках Армана.

— Кто? — сдавленно хрипит он, заглядывая мне в глаза. Буквально требует от меня вывернуть душу наизнанку. Но разве можно это сделать, когда внутри все сгорело?

— 27 Арман —

Я думал, она меня уже не удивит. Но когда вижу на спине жены шрамы, да такие, что даже мне, циничному мужику, становится не по себе, внутри что — то обрывается.

В этот момент я не способен ясно мыслить и связать хотя бы пару слов.

Лена ожидаемо закрывается, затем еще и фразу про “поиздеваться” бросает. Не знаю, что она там рассмотрела на моем лице, но я просто охерел.

Как? Когда? Кто?

Я точно помнил, насколько нежной была ее кожа. Я ласкал ее и обожал зацеловывать узкую, невероятно красивую спину.

Которая теперь исполосована узкими белыми шрамами.

Я даже рад, когда Лена прогоняет меня. Иначе я так и стоял бы как идиот.

В гостиной меня чуть отпускает, хотя перед глазами по — прежнему стоит марево. Кулаки так и чешутся найти смертника, сделавшего это с ней.

Кто мог? С кем она связалась?

Когда собирался жениться на Лене, не просил копаться в ее истории плотно. Для меня это был просто способ закрыть гештальт — затащить бывшую в койку, покувыркаться какое — то время, а затем мирно разойтись.

Но все вышло из — под контроля, и теперь между нами дочь, вагон вранья и то, что разрывает мне грудную клетку уже не первый день.

Ненависть, которая и не ненависть вовсе.

А теперь к ней примешивается дикое желание защитить и отомстить за боль жены.

Лена уходит в глухую оборону. Выставляет колючки, а я действую так, как привык — давлю, выставляю ультиматум, хотя чуйка и говорит — неправильно это.

В итоге снова ухожу. Занимаюсь тем, что уточняю насчет врача, которого мне посоветовал Таир.

Внешне с дочерью все в порядке, но все равно лучше перестраховаться. Не сегодня, но завтра точно надо свозить к специалистам. Да и насчет зрения тоже узнать.

Мои злость и обида на Лену за ее ложь не дают поговорить нормально. Любая наша коммуникация заканчивается феерически дерьмово.

И пока я не знаю, что с этим делать.