Фиктивная свадьба (СИ)

Надо ли говорить, что засыпаю я в итоге с трудом? Нереализованное желание мешает, но я упрямо держусь, не позволяя себе свернуть на эту скользкую дорожку.

Почему? Все потому же. Боюсь и чувствую себя грязной и недостойной.

Так проходит почти неделя. Я уже понимаю, что все это — коварный план Армана. Он почти постоянно рядом. Всего раза три уезжал, оставляя нас одних. У меня появился новый телефон для связи с мужем. При этом на все мои вопросы касательно моего отца он отвечать отказывается.

Просто игнорирует, либо ловко переводит тему. Надя с каждым днем все больше становится папиной дочкой. И конечно, у меня не получается остаться к этому равнодушной. Впрочем, Арман делает все, чтобы спровоцировать меня на близость — ходит в одних штанах, постоянно оказывается рядом — то пройдет так, что заденет меня, то погладит, то приобнимет, вроде как придерживая.

И это работает. Медленно, но верно я все больше начинаю сомневаться в своих установках. Все чаще задумываюсь о том, что, может быть, надо рискнуть?

Последней каплей становится сегодняшний вечер. Нечаев приезжает гораздо позже, чем обещал.

Мы Надей уже поели, а ужин для Армана успевает остыть. Я хоть и понимаю, что он, скорее всего, задержался в офисе — наверняка в свете всех событий там обстановка напряженная, но все же внутри нет — нет да прорежется противный голосок, который настойчиво напоминает о том, что Арман вообще — то мужчина полигамный. И раз он не получает секса здесь, то пойдет искать его на сторону.

— Прости, засиделись с Толиком, — виновато говорит Нечаев, заглядывая к нам в гостиную. — А у меня для тебя подарок.

Надя тут же реагирует — она быстро поняла, что папочка ее очень любит и намерен баловать по полной. Так что на слово подарок уже начинает улыбаться.

— Точнее, вам, — поправляется Арман, посмотрев на дочку. И протягивает ей небольшой пакетик.

— Па! — радостно взвизгивает Надюша и берет тот, усаживаясь на пол и раскрывая.

— А это тебе, Лен, — загадочно улыбается Нечаев и протягивает мне пакет побольше.

Что — то в его взгляде вынуждает меня насторожиться.

Заглядываю внутрь и так и застываю, глядя на содержимое.

Мамочки…

— 33 Лена —

Чувствую, как предательский румянец расползается по щекам, по шее. Вот как Нечаеву удается так ловко манипулировать мною? Как он угадывает, что и как на меня подействует?

Поднимаю на него взгляд и едва не задыхаюсь от того, сколько жадности и желания в его глазах. Я будто глохну на несколько мгновений, окунаясь в эту топкую тьму.

Щеки горят все сильнее, а между ног становится влажно.

Да что ж со мной такое — то?

— Это… Ты…

— Просто захотелось сделать тебе приятное, — низкий голосом произносит Арман. — Это ни к чему тебя не обязывает. Надеюсь, тебе понравится.