Фиктивная семья отца

Почему Артеменко его послушал? Он ведь мог послать подальше Шарова, но в точности сделал то, что тот ему приказал?

– О чем задумалась, красавица?

– Вы знали, что родственник Натальи дежурил в тот день? Специально подгадали, чтобы расправиться с Артеменко и выйти чистеньким из воды? – произношу без надежды на ответ.

– Я ничего тебе не стану рассказывать. Кстати, мы подъехали, крошка, – язвительно протягивает Шаров.

Вынимает из кармана смартфон и кому-то звонит. Съезжает с трассы к длинному, похожему на барак кирпичному строению. «Пирожки», «Душ», «Мотель» – прищуриваюсь, чтобы прочитать вывески. Значит, там есть люди? Замечаю припаркованные на площадке КАМАЗы и грузовики. Шаров привез меня в место отдыха проезжающих мимо водил. Кажется, теперь я понимаю, что он хочет сделать: убить меня и бросить в багажник к водителю, следующему на дальнее расстояние. Пока меня обнаружат, пройдет уйма времени… Да и отследить, откуда труп будет сложно.

Судорожно дышу, пытаясь понять мотивы Шарова. Вокруг свидетели, камеры видеонаблюдения, да и машины наверняка оснащены видеорегистраторами.

– Здесь и не такое случается, Поля. Дерутся, насилуют сельских девок, случайно сюда залетевших, убивают… Никого не удивит, что ты была, а потом…упс… И тебя не стало, – произносит он, продолжая дозваниваться.

– Как вы меня убьете? – голос дрожит, как провода на ветру.

– Алло, сынок, ты где? Подъезжаешь? Мы на месте. Лопату не забыл? Да-да, все под контролем, она не успела туда доехать. Телефон? Выбросил, да… Никто не отследит.

Значит, все-таки собрались закапывать… Ежусь от охватившего меня ужаса и оглядываюсь по сторонам. Ну есть же здесь люди? Пункт полиции или сердобольные работницы пирожковой? У меня будет ровно минута, чтобы спастись… Алексей откроет машину, его сын дернет дверь, а я… Мне надо будет выпрыгнуть и бежать со всех ног. Все равно куда…

Напряженная тишина придавливает к земле, словно накрывая плечи бетонной плитой. Мышцы будто наполняются металлом, а воздух становится горячим и терпким. Запах убийцы, сидящего рядом, душит… Голова кружится от его специфического аромата – смеси лаванды и хвои – проклятого средства от моли…

Проходит несколько минут, и подъездная дорожка окрашивается светом фар. Возле машины Шарова паркуется старый, похожий на гроб черный седан.

По спине течет пот, мышцы сводит судорога… Секунда, две, три… Щелк! Алексей нажимает заветную кнопку, позволяя сыну сесть на заднее сиденье. Наверное, именно так выглядит желание жить… Оно отчаянное, быстрое, безбашенное. Огонь, ураган, водопад – все вместе, как гремучий коктейль… И оно сейчас течет в моих венах вместо крови, потому что я не понимаю, откуда во мне берутся силы. Что есть мочи я бью Шарова сумочкой по лицу.