Подставная фигура

Расследуя дело о продаже Ирану стратегических технологий, он забыл про принцип всесторонности и сконцентрировался на одном объекте – концерне «Консорциум», в котором тоже работает немало наших бывших коллег... Если он и дальше пойдет по этому неверному пути, то стране может быть причинен колоссальный экономический и даже политический ущерб...

Фокин встал.

– Разве вы читали дело, товарищ полковник? С ним я знакомил только начальника комитета. Или вам просто нужен повод против меня?

Но борца с диссидентами сбить с мысли было не так-то просто."

"– Сядьте, товарищ Фокин, вам слово не предоставляли! Надо соблюдать субординацию! Вам грех жаловаться на необъективное отношение: комитет выделил вам квартиру! Причем двухкомнатную на семью из двух человек! В то время как многие товарищи еще стоят в длинной очереди и не имеют своего угла!

– Это точно! – поддержал Поварева второй зам – подполковник Коршунов.

– Работа майора Фокина всегда оценивалась по заслугам, так что ему не к лицу рядиться в тогу обиженного. Надо прислушиваться к критике и делать из нее выводы. А поза правдоискателя препятствует нормальной повседневной работе.

Потом выступили еще несколько заранее подготовленных ораторов: начальник отдела по расследованию дел о преступлениях иностранцев Брюханов, два следователя из его отдела и один оперативник. Они прямо не критиковали Фокина, но призывали повысить качество расследования и покончить с псевдопринципиальностью и ложно понимаемыми ценностями.

Завершил совещание Ершинский, который выразил надежду, что майор Фокин сделает выводы из товарищеской критики.

Когда Фокин выходил из зала, он чувствовал себя так, будто его облили помоями.

* * *Лобан и Догоняйло сидели в «Попугае» до самого упора. Уже выпито несчетное число порций «Оранжевого пера» – коктейля из водки с фантой, съедено несколько килограммов толстенных фирменных отбивных, затеяны и победно завершены три драки... Друзья по очереди сводили в мужской туалет и отминетили в кабинке Верку-Щеку, получили долг с неудачно зарулившего в бар Рыжего, договорились назавтра отмазать от кавказцев за пятьдесят процентов солидного Торгаша. Отдых перемежался с делами, дела – с отдыхом. Словом, вечер шел хорошо. Но настроение у Лобана было скверным.

– Слышь, Сашок, неспроста Татарин с Мазом копыта отбросили! Зуб даю – неспроста! Из-за той бабы на Волгоградке все это...

Лобан попытался допить очередной коктейль, но в него уже не лезло. Он не понимал, что именно не лезет – то ли водка, то ли фанта.

– Ты ж сказал – хорошая баба! – Приятель перекосил рот и выпятил нижнюю губу, что означало крайнюю степень удивления.

– Нет уж! Знал бы, чем кончится, – никогда бы на нее не полез...