Подставная фигура

Голубоватая бумага, водяные знаки, подписи, официальная печать. Карданов-Томпсон тяжело вздохнул.

– Что-нибудь не так? – спросила Лена и улыбнулась. Вокруг губ у нее осталась полоска томатного сока.

– Все так, – улыбнулся в ответ Макс и показал рукой: – Вытрите здесь.

Лена вытерла и неожиданно подмигнула. Она была достаточно красива, с хорошей фигурой. К тому же у молодых людей был отменный аппетит, крепкие белые зубы, превосходные физические данные: под обтягивающими штроксами Лены угадываются железные мышцы... Плюс коммуникабельность, располагающие к себе лица, будто виденные уже в каком-то из американских сериалов. Да, новая смена, следующее поколение, подрастающие волчата новой эпохи. Легко представить, как эта молодая пара занимается любовью среди тренажеров и шведских стенок, так же молча, сосредоточенно и слаженно вколачивая тела друг в друга.

Макс подождал, когда они закончат завтракать, выпил свой сок и встал. Лена и Вадим тоже поднялись и быстрым шагом направились к двери.

– Вам туда, – выйдя на галерею, Лена изящным пальчиком обозначила направление. – Шестой выход. Половина самолета – иностранцы. Ваших знакомых среди них нет. В соседнем кресле – коммерсант с Кипра, 42 года, ничего особенного. Счастливо!"

"Больше ни слова не говоря, молодые люди направились к лестнице в дальнем конце галереи. Макс проводил взглядом две пары быстро удаляющихся тренированных ягодиц.

Макс быстро прошел таможенный досмотр, получил печать в паспорт и перешагнул белую линию, условно отделяющую Россию от всего остального мира. И таможенник и пограничник были с ним крайне предупредительны и подчеркнуто любезны.

Через полчаса он уже сидел на борту «Боинга», рядом с коричнево-золотистым, как копченая скумбрия, киприотом – не международным гангстером, не шпионом и не наркоторговцем, а следовательно, по меркам разведки, человеком, ничего особенного собой не представляющим.

За иллюминатором чинно проплыл топливный тягач. Потом где-то далеко-далеко засвистели двигатели, постепенно набирая обороты. Красивая стюардесса со значком авиакомпании на высокой груди произнесла традиционную предполетную речь и исчезла. Огромный «Боинг» встряхнулся, разбежался и взмыл ввысь, заснеженный подмосковный лес провалился вниз. Потом пространство за толстым стеклом помутнело, забелилось туманом облаков.

Над ухом что-то спросили по-английски.

Макс оторвал голову от иллюминатора. Стюардесса – стройная мулатка с ослепительной улыбкой – катила по проходу тележку с напитками.

– Please.

Макс попросил себе двойную порцию «Белой лошади» и побольше льда. Киприот взял мартини.

На экране монитора сменялись цифры: высота, скорость, полетное время.