Подставная фигура

Маз в ответ выставил свою, но Савик вставил ему в ладонь пустую бутылку и вышел. Из «Москвича» суетливо выскочил какой-то человек и уступил Савику место впереди. Маз тронулся с места, но напряжение отпустило его только тогда, когда синий «Москвич» свернул налево.

Проехав несколько кварталов, Маз притормозил, достал сотовый телефон и набрал номер Директора.

– Все в порядке, – доложил он. – Помидор и баба уехали.

– А чего у тебя голос такой? – спросил шеф. – Ты своего чмошника с ними отправил?

– Он сам меня чуть не отправил. – Маз смотрел на свои пальцы. Они заметно дрожали.

– Он действительно профессионал и нам не по зубам. Приехал со своим прикрытием и был очень недоволен, что нет денег. Завтра придется отдать!

Директор помолчал. Он знал, что Маз не склонен зря впадать в панику.

– Ладно, утром поговорим. А пока выпей и расслабься.

– Хорошо, – ответил бригадир. – Я еду домой.

* * *От квартиры Маза до института им. Склифосовского каких-то сорок минут езды. В то время когда Маз закончил разговор с Директором, майор Фокин выходил из ворот института.

В ушах у него все еще продолжали звучать Наташкины крики: «Я хочу уехать, ты слышишь? Это все из-за тебя, из-за твоей идиотской работы!.. Они убьют меня, а ты дальше будешь работать!.. Работать! Словно ничего не произошло! Как ни в чем не бывало!..»

Фокин первый раз слышал, чтобы она так кричала. Это была настоящая истерика. И врачи говорят, что у нее серьезный нервный срыв. Психотравма. Побои уже зажили, а душа не г. И неизвестно – заживет ли вообще. Уж больно тонкая материя – душа...

Он достал сигарету и хотел сунуть ее в рот, но обнаружил, что там уже торчит «бондина». Выплюнул ее, вторую сигарету швырнул следом в сугроб. Остановился, десять раз вдохнул и десять раз выдохнул... Не помогло. В груди жгло – прямо посередине, словно там, внутри, тлела непогашенная сигарета.

Он не курил неделю. С того дня, как ударил Татарина. Самое смешное – с его согласия. По справедливости. Но Татарин не знал, что впившийся ему в морду перстень не простой и что он окочурится через три дня. Иначе, наверное, не посчитал бы такой расчет справедливым. У них другая справедливость, своя... Сегодня задержали, завтра выпустили. Гуляй и делай что хочешь – грабь, убивай, насилуй женщин..."

"Дело по «Консорциуму» буксует и, судя по всему, находится при последнем издыхании. Он сделал все, что необходимо, – доказательства собраны. Остается принять решение. Это значит – взять на себя ответственность и произвести аресты, обыски, изъятие имущества. Назвать уважаемых людей преступниками и предать их суду. Но сейчас такое не в моде. Сколько громких дел расследуется годами – пока пройдет острота момента и все забудется, а потом тихонько испускает дух...