Фиговый листочек от кутюр

Если же телезвезда по-прежнему станет чуть ли не каждый день встречаться с дочерью, финансовые вливания прекратятся. Что было делать Ольге? Она с самого детства мечтала быть звездой экрана, но, достигнув цели, не успокоилась, теперь хотелось находиться в центре внимания всегда. Ольга хорошо знала: стоит выпасть из тусовки хотя бы на небольшое время, назад не вернуться.

Поэтому она согласилась на условия Глеба Лукича, но предварительно встретилась с Тиной и рассказала ей, что к чему. Девочка печально вздохнула:

– Я понимаю, мамочка, тебе никак нельзя бросить работу. Два раза в месяц так два раза в месяц, но ведь по телефону-то мы разговаривать можем…"

"Ольга замолчала, потом порылась на столике, нашла сигареты и, выпустив струю серо-голубого дыма, спросила:

– Теперь понимаешь, что не в моих интересах было убивать Ларионова?

– Извини, нет! – отрезала я.

Оля взяла с подоконника лист бумаги:

– Читай.

– «В связи с резким падением рейтинга передачи, отсутствием рекламодателей и учитывая, что ток-шоу выходило в эфир более десяти лет…» Что это?

Телезвезда мрачно хмыкнула:

– Эпитафия. Моя программа закрывается. Стоило только Ларионову умереть, начальство мигом смекнуло, что больше у Олюшки нет богатого спонсора, и решило прикрыть передачу. Мы сделаем еще пять выпусков, за них уже были заплачены деньги, а потом все, финита ля комедиа!

– Мне тебя искренне жаль.

– Не стоит, – ухмыльнулась Ольга, – мое начальство и не предполагает, какую гадость я ему уготовила. В ближайшее время ухожу на другой канал, начинаю феерический проект, я нашла нового спонсора.

В комнате воцарилась тишина. Нашла себе нового спонсора! Значит, завела другого любовника.

– Послушай, а почему ты ездила к Ларионову по ночам?

Ольга засмеялась:

– Дела обсуждали.

– Но отчего под покровом темноты?

– Глеб не хотел, чтобы меня видела Тина, он считал, что каждое мое появление очень расстраивает девочку. Да еще Рада злилась, она меня сильно недолюбливает, честно говоря, терпеть не может, потому что я долгие годы была любовницей Глеба. Мужик не хотел скандалов.

– Пошли бы в клуб!

Ольга поморщилась:

– Мое лицо слишком на виду, мигом репортеры набегут. И потом, пойми, то, что Глеб мой спонсор, знал лишь очень узкий круг людей, а если точно, то всего два человека. Остальные догадывались, шушукались, перемигивались, но не были уверены наверняка. Мы не хотели давать лишний повод злым языкам, а регулярные появления вдвоем, вечером, в тусовочных местах открыли бы шлюз для глупой болтовни.

– Вот уж не предполагала, что ты боишься сплетен.

– Мне насрать, что про меня щебечут, – ухмыльнулась Оля. – Знаю, знаю. «Дорогу на экран… проложила, таланта нет, красоты тоже, хамка, вульгарная особа, шагает по головам, от нее все убегают».