Февральская сирень

Максим уже отправился спать, но в любом случае он бы не стал подслушивать, о чем говорят мамины друзья за закрытой дверью кухни. Это было абсолютно исключено.

Лелька видела, что Иван Бунин напряжен. Вообще-то разглашать тайну следствия он не имел права, и если это станет известно, ему так влетит, что мама дорогая. Но Лелька отлично понимала, почему он это делает. Ради Воронова. Ради возвращения его интереса к жизни и расследованию. И ради этого Иван был готов рискнуть.

Дмитрий же действительно менялся на глазах. Даже глубокие морщины на лбу, казалось, разгладились. В еще совсем недавно пустых глазах горел неукротимый огонь. Кроме того, его огромный опыт был бесценным, и хотя сама Лелька мало в этом понимала, Иван не скрывал, что советы друга существенно помогают ему продвигаться в поисках убийцы.

Также Лелька не очень понимала, за какие такие заслуги в штаб включили ее, но глупых вопросов не задавала, чтобы Бунин и Воронов не опомнились и не перенесли свои сыщицкие встречи на какую-нибудь другую территорию. Ей было интересно и жутковато слушать их разговоры. И нравилось сидеть с ними плечом к плечу. Они оба были прекрасными образцами мужской надежности, которой так не хватало в ее одинокой, нелегкой жизни.

Сегодня на встрече присутствовала еще Инна Полянская. Лелька понимала, что, когда подруга рано или поздно узнает про их сыскную деятельность, ей самой придется отдуваться за то, что это увлекательнейшее занятие прошло мимо настырной журналистки Инессы Перцевой.

— Вань, — спросила она днем, когда они договаривались о встрече, и перешла на самый подхалимский тон, на который только была способна. — Вань, а Вань, а давай Инку тоже позовем. Ты же знаешь, что, пока ты ей не разрешишь, она ни строчки не напишет."

"Бунин крякнул.

— Ты ж меня без ножа режешь! — уныло воззвал он. — Вы с Димкой и так из всех возможных инструкций меня вышибаете, а тут еще Перцева! Лель, меня ж уволят.

— Ваня, в твоей ситуации одним грехом больше, одним меньше — уже без разницы, — философски заметила Лелька, и он, скрипя зубами, согласился с таким убийственным аргументом.

Так что Инка тоже гордо восседала сейчас на кухне, благосклонно глядя на собравшихся. То, что ее пригласили в маленький летучий штаб, она оценила.

— В общем, други и подруги, — начал Бунин, искоса оглядев собравшихся, — во первых строках своего письма скажу я вам, что Гоголина можно исключить из числа подозреваемых.

— Как?! — ошарашенно воскликнула Лелька. — А это точно?

— Ну, точно вскрытие покажет, — мрачно отшутился Иван. — Мы проверили, где он находился в те даты, когда были совершены преступления.