Феромон

- И растерянный владелец ресторана крутит пальцем у виска?

- Именно так, - я останавливаюсь напротив стола. А может, она всё же не безнадёжна? - И я не брокколи, а кусок жареного мяса, но у вас начинается неожиданное слюноотделение.

- Это исключено, мистер Хант, - усмехается она, отклоняясь к спинке стула.

- Непрофессионально? - забираю дорогую ручку из тонких пальцев, не сводя с неё глаз. - Или вы замужем?

- Мистер Хант, вы пришли говорить не обо мне.

- Да, но я как раз о себе. О том, что у меня есть принципы, - задумчиво почёсываю голову тяжёлой золочёной ручкой. - Я не сплю с замужними женщинами.

- Хотите поговорить об этом? - опирается она локтями в стол, подаваясь вперёд. Голова закидывается выше. Как опытный мозгоправ, она пытается одержать верх в молчаливой схватке, но её грудь взволнованно приподнимается из выреза, и мой бесстыжий взгляд устремляется туда.

- Нет, потому что правда в том, - якобы кладу на стол ручку, но склоняясь к её уху, скольжу щекой по щеке. Ловлю ровное дыхание... но недолго. Она вдыхает всего лишь хороший парфюм, но чувствует не запах. Раз. Два. Три... Короткий резкий вздох. Совсем слабенькая. - Правда в том, что вы соврёте.

- Мистер Хант, - она сглатывает. Отстраняюсь. О, эта вздымающаяся грудь! Эти расширенные зрачки! Как знакомо. Как скучно. - Я... не замужем.

- Насколько я понимаю, - озабоченно изучаю часы на своём запястье, - моё время закончилось. Вас ждут другие клиенты. Но если решите назначить встречу за пределами этого кабинета, кто знает, возможно, я не буду против.

Но надо бы не намекать на встречу, которая не состоится, а сразу показательно разложить докторшу прямо на столе. Или на скрипучей кушетке. Сейчас, когда она не понимает, что с ней происходит, но хочет меня так, что нетерпеливо ёрзает на стуле. Когда соврала, хоть я знаю, что она третий год замужем. Когда готова наплевать на запрет отношений с клиентом. Но это так просто, что тупо лень.

Лень рушить самоуверенной дамочке карьеру. Лень доказывать, что, когда я говорил «безграничная власть над женщиной», именно это имел в виду. Не хочу отправлять в преисподнюю три счастливых года её брака ради случайного перепиха. Разбираться с мужем, которому она обязательно сознается, когда придёт в себя. Не буду оставлять её с липким, мучительным чувством вины, что накроет, когда пройдёт феромоновое похмелье.

Я решительно делаю шаг к двери.

- Мистер Хант! - подскакивает она.

- Эйвер, - оборачиваюсь, когда она догоняет. - Зовите меня Эйвер, Лили.

Вот чёрт! Тонкие руки обхватывают шею. А блондиночка настойчивая. Льнёт, словно к стеклу мокрый лист. Такая нежная, хрупкая, дрожащая. Соблазнительная, чего уж. Только совсем без иммунитета.

- Эйвер, я освобожу следующий час для вас.