Феромон

- У нас впереди целая ночь.

- А утром ты примешь меня обратно на работу? - усмехается она, помогая включить свет в ванной.

- Только для того, чтобы вечером опять уволить.

Никогда в жизни так не любил душ. Он позволяет рассмотреть её во всех подробностях. Во всей красе. А она красавица. Я заболеваю ей. Нет, я уже ей болен. Неизлечимо. Психически. Хронически. Безнадёжно. Смертельно.

Собираю губами капли с нежной кожи, как росу с лепестков. Она потрясающая. Ладная, гибкая, стройная. Совершенная. Она словно создана из этих капель воды. Я не нахожу слов, заикаюсь, теряюсь, словно держу в руках мечту. Равно реальную и ненастоящую. Воплощённую в этой женщине и недостижимую. Сокровенную, манящую, иллюзорную и такую осязаемую.

- Прости, я не подготовился, - веду губами по плечу, вверх по шее. Каюсь за отсутствие запаса презервативов.

- Забудь, - заставляет она меня содрогнуться, скользя руками по спине. - Ты в полной безопасности.

Её доверие подкупает.

- Я в полной прострации. Ты охрененная.

- Повторим?

- Шутишь? - подхватываю её на руки. - Будем повторять, пока не выучим это наизусть. Дословно. Многократно. Бесконечно.

Опускаюсь на пол, скользя спиной по стене. И вхожу в неё снова. У меня ощущение, что я первый раз меряю лайковую перчатку. Словно до этого мне всё попадались варежки. Да, мягкие, да, уютные, но безликие, серийные, однообразные. А эта скроена точно по моим лекалам. Штучная. Авторская. Идеальная, как вторая кожа. Окрыляющая, как второе дыхание. Вдохновляющая, как повышенная передача.

С ней всё кажется другим. Шелковистость кожи. Округлость груди. Упругость сосков. Даже вкус воды, что я глотаю вместе с её жадными поцелуями. И она отдаётся так самозабвенно, что я мучительно ревную к каждому разу, что был у неё не со мной, к каждому взгляду, что был неосторожно на неё брошен, к каждому прикосновению, что подарил ей не я.

И я уже знаю, что со мной. Я люблю её. Люблю с той секунды, когда первый раз увидел. Люблю каждый ноготок. Каждый сморщенный от горячей воды пальчик. Каждый рыжий волосок. И эту родинку над губой - особенно.

- Ан, - шепчу ей на ухо, когда, отмучившись сладострастными спазмами, отстонав в агонии сокрушительного оргазма, она распластывается на моей груди, и я прижимаю её к себе как самое ценное сокровище в мире. - Что ты имела в виду тогда, в больнице? Что ты сказала мне в тонущей машине, но я, к сожалению, не услышал?

- Что я убью тебя, если ты меня не трахнешь, - улыбается она.

- Дурочка! Я серьёзно. Что ты сказала? - осторожно оттягиваю её голову за волосы, чтобы сорвать ещё один поцелуй.

- Я скажу, если будешь себя хорошо вести, - легонько прикусывает она мою губу. Мн-н-н, до чего же у неё выходит это соблазнительно.