Любовь, ферма и коза в придачу

Я дождалась пока Фрея скроется за дверями дома, что-то воркуя сыну, и снова обернулась к своей персональной «ложке дёгтя».

— Для того чтобы называться чьим-то отцом, нужно сначала им быть! — резко сообщила я Эдгару — А не представлять собой человеческую версию быка — осеменителя! И если ты думаешь, что тебя здесь ждали все это время, проливая горькие слезы в простынку, то ты глубоко заблуждаешься. А теперь отдай уже наконец-то, мне этот чертов договор!

Мужчина молча всматривался в меня несколько минут, не проявляя никакой реакции на мою эмоциональную речь, а потом все же сказал то, что заставило меня напрячься:

— Я тебя не узнаю, Мира! — серьёзный голос и пронзительные черные глаза заставили меня похолодеть — Ты как будто совершенно другой человек!

Боже, ну почему я не знаю в каких отношениях были эти двое! Неужели Эдгара интересовало в Мире, что — то помимо ее тела и возможности загулять с влюбленной в него, как кошка, глупышкой? Это будет провал, Штирлиц!!

Но следующий жест молодого графа заставил меня выдохнуть с облегчением. Не дожидаясь ответа он протянул мне бумаги, как индейцы протягивали трубку мира, и я немного расслабилась. Верещать о том, что: «А царь то не настоящий!!» Эдгар пока не планировал. А значит лучшая защита, это нападение!

Скривив губы в циничной полуулыбке, я произнесла, отбирая документ у мужчины:

— Возможно, ты просто никогда меня не знал настоящую!

* * *И тут же впилась глазами в договор.

— Возможно, так и есть — задумчиво ответил Эдгар, но я уже его не слушала и вчитывалась в текст.

Ага, славно-славно!! Как и обещал граф все земли переходят мне, вместе с постройками на них. В свою очередь я обязуюсь принять к себе молодого графа на постой, сроком на год, и обеспечить его всем необходимым. В случае несоблюдения условий договора, мое имущество будет конфисковано, а я обязуюсь отработать семь лет в качестве служанки дома Брачинских.

Перестраховался значит, старый мерзавец! Или вылил свои влажные фантазии на бумагу, но суть была одна. Эдгар должен прожить на моей ферме целый год. Правда в этом милом документике не было ни слова сказано, о каких то санкциях, если вдруг молодой граф захочет покинуть ферму сам. Ну, а вдруг? Климат ему не подойдет или окружение, к примеру.

Я снова улыбнулась своей фирменной акульей улыбкой и сказала:

— Куда ставить подпись?

Удивительно, но Эдгар ответил мне точно такой же ухмылкой и просто указал на низ бумаги, где виднелся переливающийся герб Брачинских:

— Просто приложи свой символ рода рядом!

Я быстро сообразила, что он говорит о моей татуировке и с небольшим колебанием сделала так, как сказал Эдгар. Бумага тут же блеснула золотыми волнами, а на договоре появился, еще один герб, наш с сыном.