Любовь, ферма и коза в придачу

Мало того что вся магия древнего и такого лелеемого почившим свекром рода перешла ребенку нелюбимого сына, так еще при этом всем наследник оказался далеко не мальчиком. Вернее наследница.

Эта мысль заставила меня лучезарно улыбнуться, что местный повеса воспринял на свой счет.

— Герцогиня Лиэрре, Мира, вы позволите мне вас так называть? — сказал хлыщ, пододвигаясь поближе и в его глазках загорелся масляный огонек.

— Разве что в предсмертных хрипах — сообщил сзади громкий и рассерженный голос — Смертникам вообще многое прощается, так что могли бы и не спрашивать.

Мы с хлыщем резко обернулись и уставились на самого красивого и грозного мужчину в этом зале. Моя улыбка теперь стала по настоящему лучезарной и обращалась к одному неисправимому ревнивцу. А вот молодой придворный оказался не самого смелого десятка и откровенно приуныл. Натянуто улыбнувшись он совсем не весело сказал:

— Вы, как всегда, очень остроумны, ваша светлость. Я засвидетельствовал свое почтение герцогине, но уже ухожу. — сообщил придворный и Эдгар царственно кивнул, как лев, милосердно отпуская напуганного шакала.

— Всего доброго, ваши светлости.

Когда разодетая фигура франта слилась с такой же разряженной массой придворных, муж взял мою ладонь в свою руку и повел меня танцевать.

— И все же я успел!

Сообщил мне Эдгар загадочную фразу, обнимая за талию и притягивая к себе неприлично близко.

— Успел что? — растерянно переспросила я, вдруг понимая, что подобный диалог между нами уже был, в моем сне.

Эдгар широко улыбнулся делая очередной оборот в танце, а потом интимно наклонившись ко мне, прошептал:

— Украсть самую красивую и желанную женщину в мире, до того как эти пираньи смогли добраться до нее.

Я улыбнулась про себя слушая его пылкие речи, а груди уже привычно дернулось сердце и томно вздохнуло.

Нет, насчет самой красивой и желанной он преувеличил, но в остальном…. Некоторым бракам время идет исключительно на пользу. Как в нашем с Эдгаром случае.

Эти года мы узнавали друг друга, учились жить вместе, влюблялись все сильнее. С моим ""графом""(теперь уж с герцогом) это было очень легко. Та бездна обаяния, что скрывалась в нем просто поражала, особенно когда перестаешь сопротивляться ей. И теперь я отлично понимала всех тех девиц, что души не чаяли в Эдгаре и готовы были стелиться штабелями у ног красивого, умного и интересного мужчины.

Кстати, в этом конечно же могла скрываться и проблема, но…. Магия так крепко связала нас, что теперь ни он, ни я не сможем даже посмотреть в другую сторону. За это прилетит существенный откат от властной стихии этого мира.

Об этом нашей новоиспеченной ячейки общества рассказала донельзя довольная Ингеборга перед отбытием на Кодосс.