Феодал

Чёрная лошадка Нобуёси из далёкой Японии, присягнувший роду Черноярских, — рука с перстнем указала на скромного мечника в обносках. — Открытие турнира! Внезапное прозрение пошло ему на пользу. Так-то господа, не разглядели мы бриллиант, рвите теперь волосы на бороде, — прокричал тамада и сам у себя вырвал три волосины под раздавшиеся смешки. — Его противником выступит наш гость, славный Готфрид фон Ален из Вестфалии, зарекомендовавший себя на родине жёлтым ярлыком. Сейчас он набирает в команду добровольцев, так что советую присмотреться!

«Неплохой подход. Личный пример для потенциальных желающих — важная вещь».

Иногда в таких турнирах участвовали младшие сыновья дворян, чтобы продемонстрировать силу рода, либо покрасоваться перед дамами или же это своеобразный экзамен для будущего разведчика. Готфрид пошёл по иному пути, здесь он иностранец и опытные вояки сто раз подумают, прежде чем к нему наняться, потому кратчайший путь привлечь их внимание — победа на турнире.

«Собственно, он мой конкурент. Так что никакой пощады».

Для Нобу вся эта суета — лишь потребность продемонстрировать своё мастерство. Его несправедливо шпыняли, не давали даже шанса проявить себя, тогда как опыта японцу не занимать. В него поверили всего два человека: кабатчик, что дал работу музыкантом, и я. Всё, что мы сейчас видели — это триумф несломленной воли.

Судья дал команду начинать и покинул арену. Немецкий аристократ видел предыдущие бои Нобуёси, потому здраво оценивал свои шансы, но это его не спасло. К сожалению, самые достойные противники уже выбыли.

Готфрид правда неплохо держался, но… Это не его уровень. Надо понимать, что ты выходишь против человека, который с пелёнок оттачивал искусство быть мечником. В Стране восходящего солнца к этому относились фанатично, и можно заметить, что Нобу владел только одним оружием в отличие от многостаночников дворян. Это неспроста. Он не распылялся на лишнее. Сконцентрировался на одном, постигал путь меча, экспериментировал с техниками, подстраивал дыхание, ловил непостижимые обывателю тонкие вибрации.

Меч — это его рука. Меч — это его жизнь.

Нобу вырос в среде воинов, кровью добывал себе хлеб. А что Готфрид? Родился дворянином, получил хорошее воспитание, тренировался — тут спору нет. Но он не животное, он не хищник, способный выжить в самых суровых условиях и сохранить разум, не оскотиниться, не уподобиться продажным душегубам. Тут целая философия, а не просто мастерство.

Нобу его раздавил, сгрыз и выплюнул, даже не заметив.

«А ведь это только ⅙ его потенциала», — отметил я про себя и встал, чтобы поаплодировать. — «Если у кого учиться фехтованию, то только у него».

Надо было видеть задумчивое и вытянувшееся лицо Рындина. Похоже, он уже пожалел, что отказал мне.