Полный трындец, или Феникса вызывали?

— Все с тобой ясно. Ну вот, познакомься. В оркской религии альфин — один из богов. А тут, получается, божество спустилось на землю и явилось ему, смертному.

Вроде принял мои объяснения. Лишних вопросов задавать не стал — и ладно. Хорошо, что я еще по дороге в столицу прочитала учебник по расам. Хоть орка от тролля могу отличить, а то вообще выглядела бы не от мира сего.

Я осмотрелась. Но другие орки не спешили к нам подходить и бить поклоны Паштету. Они молча топали в сторону выхода, лишь иногда бросая в нашу сторону благоговейные взгляды.

— А они чего не подходят? — шепнула Тиму. — Стесняются?

— Нет, им нельзя. Они же простые воины, а он — сын шамана, считай, сам шаман. Аргахак — просветленный.

Я закатила глаза.

— Только этого нам не хватало.

* * *В столовую мы вошли целой компашкой и заняли один из свободных столов, рассчитанный на шесть персон. Нас было четверо, альфин — пятый. Его я оставила сторожить наши места, а сами мы встали в очередь, предварительно взяв пустые деревянные подносы. Они горкой возвышались на столике недалеко от выдачи.

В миски с двумя отделениями трольчиха (или троллиха) плюхала жидкую кашу серого цвета, на вид абсолютно несъедобную, клала тушеные овощи и ломоть хлеба. Ее помощник, паренек лет шестнадцати, наливал в железные кружки горячий компот, от которого исходил аромат лесных ягод.

У меня от этого запаха рот наполнился слюной. Но пришлось очередь отстоять, чтобы получить свой ужин.

Альфин исправно нес свою службу — никому и в голову не пришло занять наши места. Он развалился на лавке в излюбленной позе сфинкса, только голову положил на стол, и сыто оглядывал зал из-под ленивого прищура.

Я поставила себе мысленную галочку: узнать, когда и где этот маленький разбойник наелся? И кто стал его ужином?

Хармс занял место напротив меня и навис над тарелкой: как есть у всех на виду? Если в таверне его увидели и забыли, то тут придется есть каждый день. Да, бедолага, с таким комплексом и с голоду помереть недолго. С маской на лице не протолкнешь еду в рот.

— Снимай, говорю! — прошипела ему, начиная злиться.

Хармс хотел выйти с подносом из столовой, но я успела схватить его за руку и вернуть на место. Он, как послушный и преданный пес, сел.

— Тут полно полукровок, им что, тоже выйти, чтобы не смущать нас своим видом? А у Ыка клыки торчат побольше, чем у тебя. И смотри, он ведь не прячется!

Какое там прячется! Ык, судя по всему, очень гордился своими клыками и ежеминутно их демонстрировал. Особенно девушкам.

Я выжидательно смотрела на Хармса. Под моим настойчивым взглядом он медленно стянул маску вниз. Сидел, опустив голову, а потом молча стал есть. Я видела, как он напряжен, не смотрит вокруг, словно боится увидеть презрение в глазах окружающих, уткнулся в свою миску.