Полный трындец, или Феникса вызывали?

Нам только нападения на должностное лицо не хватало!

— Ваш фамильяр? — тон полугнома изменился. В нем скользнули странные нотки, неприятно царапнувшие слух.

— Да, — пророкотал Хармс, нависая над ним. — Так что насчет комнат?

Чуть подрагивающими руками комендант вернул монокль на место. Посмотрел на альфина, которого я придерживала за холку, на меня, потом на Хармса, что стоял за моим плечом угрожающей тенью, снова на альфина, и по его лицу расплылась подобострастная улыбка:

— Ах, комнаты. Да-да, я вспомнил. Есть у меня кое-что, как раз для таких уважаемых ниров, как вы! Подождите минутку!

Он суетливо выдвинул ящик стола. Все так же улыбаясь, выложил на стол перед нами два ключа с деревянными номерками и с преувеличенной любезностью произнес:

— Ваши ключи. Отправляйтесь на склад, это прямо по коридору, третья железная дверь. Представите кастеляну ваши номерки, и он выдаст все необходимое для проживания."

"Мы с Хармсом взяли по ключу. Я повертела свой номерок. Простая деревянная медалька размером с крупную монету. С одной стороны выжжены цифры, с другой непонятный знак.

Меня царапнуло подозрение. Что-то все слишком уж просто. Только что комендант утверждал, что мест нет, а теперь они появились?

— Что это означает? — на всякий случай спросила у коменданта, указывая на закорючку.

Полугном тут же осклабился:

— Проживание за счет королевской казны. Все для таких решительных и уважаемых ниров, как вы.

Неприятное чувство усилилось, но тут вновь зарычал Паштет, и мое внимание перекинулось на него. Альфин взъерошил перья на загривке, растопырил подросшие крылья и, косясь в сторону полугнома, издавал грозные звуки.

Нужно уходить отсюда скорее, пока мой питомец не сделал какой-нибудь глупости, о которой мы долго будем жалеть.

Я оттащила его от стола. Но альфин продолжал рычать. Его тело в моих руках было напряжено и готово к прыжку.

— Что-то еще? — уточнил комендант, опасливо сползая под стол.

Теперь оттуда торчала только его голова.

— Нет, спасибо, — заверила я и кивнула Хармсу на двери.

Мы поспешили убраться из гномьего логова.

Едва захлопнулась дверь, как Пашка расслабился. Я выдохнула и сползла по стеночке, а этот подхалим курлыкнул и мягко боднул меня в плечо.

— Ну вот что ты творишь? — устало попеняла ему. — Нельзя рычать на всех, кто тебе не нравится.

— Мне он тоже не понравился, — угрюмо заметил Хармс.

— Он, может, вообще никому не нравится! Но это не значит, что мы должны на него рычать или угрожать.

Судя по глазам моих приятелей, они не согласились со мной и остались каждый при своем мнении.

— Ладно, — вздохнула, поднимаясь, — пошли искать кастеляна. Времени у нас уже нет.

Долго искать не пришлось. Пройдя двадцать метров по коридору, мы обнаружили первую железную дверь.