Светлый феникс

Сложно осознать, что такая как леди Аэлья способна на такой решительный и воистину идиотский шаг, особенно в то время, когда оказалась в подвешенном состоянии.

Вероятно, она замыслила это не сама. Вероятно, не желала исчезать… Или? Иначе почему хранит молчание Сириус и закрывает от меня свои эмоции?

Будь побег девушки запланированным, вряд ли бы она просила меня прийти пораньше, чтобы вместе спуститься к ужину.

Значит ли это, что ее увезли насильно? Тогда непонятен момент с магией. Боги не станут блокировать связь, если это не обусловлено добровольным и страстным желанием, и что немаловажно, проведением ритуала — мольбы к богам… Не сходится.

Мысль настигла внезапно. Я застыл столбом в коридоре. Только не это…

Есть только одно, чему благоволят боги и чему не дадут помешать — если хранитель ступил на путь испытания. Старая легенда, истинность которой на моей памяти не смог подтвердить ни один из хранителей. И пусть периодически находились смельчаки, желающие претворить легенду в реальность, живыми их больше никто не видел.

— Лейн, он не в кабинет идет, а в матушкины покои. — Взволнованно произнес брат, касаясь стены и сбивчиво чертя родовой знак. — Лейн, отомри уже. Мне это не нравится.

— Идем, — я ухватил Адарлейна за руку и шагнул в тайный ход.

Отец опередил нас на доли секунд, мы вышли в гостиной леди Изельды одновременно с тем, как глава рода стремительно шагнул к креслу, в котором восседала его жена. Царственно восседала, выпрямив спину и гордо вскинув голову.

Удивительно, но женщина была одета так, словно бы собралась на бал. Роскошное платье, множество драгоценностей, буквально ослепляющее изобилие на теле первой леди, тиара рода Даррак… И то, что не вписывалось в общую картину — бокал в ее руке, которым она отсалютовала отцу и залпом осушила.

Меньше всего я ожидал того, что произошло следующим. Отец отвесил звонкую пощечину леди Изельде. Сильную, такую, от которой ее голова мотнулась в сторону и тут же опустилась вниз, струйка крови и вина потекли по подбородку, заляпав ткань платья. На миг я решил, что такой удар мог лишить ее жизни, леди застыла сломанной куклой.

— Отец! — Адарлейн кинулся вперед, желая закрыть собой мать, вот только был отброшен яростной волной его магии.

Я не вмешивался. Я никогда не видел, чтобы отец применял силу по отношению к женщинам. Да, он мог отправить на казнь, да он мог осуществить эту казнь, но он никогда не превышал своих полномочий и уж тем более не поднимал руку на свою жену. А значит моя догадка верна и тот, кто поспособствовал побегу невесты и ее желанию пройти испытание — леди Изельда.

Однако я кое в чем ошибся. Удар предназначался не для того, чтобы причинить боль, а чтобы заставить выплюнуть содержимое выпитого из бокала.