Феникс. Часть 1 (СИ)

Когда тебя рвут когтями — это очень больно, когда тебя душит большая кошка — это дико страшно, а вот когда ты лежишь мертвый, но при этом чувствуешь боль, не умираешь и ничего не можешь сделать — это жутко. Жутко так, что я думал, что сойду с ума. Единственное, что тогда спасло меня от безумия, так это то, что при попытке попробовать меня на вкус, хищник заскулил и сбежал. Тогда я и узнал, что моя кровь воспламеняется, едва покинув тело.

Целый день я плакал и молил бога о смерти или хотя бы о том, чтобы он прекратил эту пытку, но он не откликнулся. Что делать, не готовила меня жизнь к подобным испытаниям. Я почти обезумел и потерял надежду, когда с первыми лучами местных светил произошло чудо. Мое тело объяло пламя, и я снова сгорел, но это была совсем не та боль, что ранее. Эта боль очищала и освобождала. Пламя ударило вверх, опаляя листву и стволы деревьев. Мой дух огненной птицей воспарил над землей. Я потерял себя. Свобода и сила, мощь пламени и лютая злоба — вот кем я стал в тот момент. Чудесное и неописуемое чувство. Через какое-то время я снова ожил в человеческом теле. Без единой царапины, свежий и полный сил, как будто и не было этого дня мучений.

Впоследствии мне приходилось умирать еще много-много раз. Меня рвали дикие животные, забивали плетью работорговцы, дважды меня убивали местные аристократы и трижды я ощущал, как сталь разбойничьего кинжала холодит мои внутренности. А однажды меня даже повесили крестьяне за пару никому не нужных плодов. Уже потом я узнал, что это были плоды священного дерева Сорке, но это было много позже.

Тот год был одним из самых насыщенных в моей жизни. Я оказался голым в чужом мире, без понимания местных реалий и даже языка — да-да, при перемещении мне эти знания не достались, и язык пришлось учить. Справился, хоть и с трудом.

Английский, к примеру, я в школе так и не выучил. Но когда жить захочешь, то и не такое сделаешь. Над местной письменностью еще предстояло работать, но прогресс наметился. Мало-мальски читать и писать я уже умею.

Но пора отвлечься от воспоминаний — утро близко. Я уже ощущаю, как моя плоть начинает гореть.

Малое светило, Гисеон, появилось над горизонтом, и такая привычная и родная боль пронзила мое тело. Горящее внутри пламя требовало выхода, кожа начала темнеть и трескаться, и с первыми лучами большого Гериона я вспыхнул факелом.

Наконец-то! Оковы плоти больше не держали мой дух, и я огненной птицей взвился вверх. Свобода, мощь пламени и злоба овладели моим существом. Пламя поднялось вверх, опаляя каменный потолок подземной комнаты, и через бесконечно долгие мгновения тело осыпалось черной сажей. Свобода, мощь пламени и злоба!

Я Феникс! Я снова восстану из праха!

В богато украшенном зале в тяжелых креслах у камина расположились двое.