Феникс

Да что же они тут, ничего не слышали о диверсантах? Хм… А ведь и правда не слышали. Ну и слава богу.

Зайдя за охранный периметр, Виктор и его спутник поднялись и совершенно открыто пошли в направлении домов, запихав балахоны в плечевые солдатские сумки. Тут теперь главное — не слишком приближаться к караульным и не оказаться на пути очередного патруля. Как и предполагал Виктор, двое солдат в такой же форме, как у всех в лагере, особого интереса ни у кого не вызвали. Ну, это знакомо еще по прошлому разу, когда он подорвал пороховой погреб у Обережной. Основная масса воинов уже улеглась отдыхать, все же на завтра намечен очередной трудный переход, но и бодрствующие тоже имелись.

Хорошо все же, что крестьяне оставили село, уведя с собой заодно и всех собак. Иначе бреху было бы… Однако по улицам все время передвигались два патруля, так что местным шарикам и тузикам и так было бы кого облаивать. Село казалось довольно компактным. Две улицы (одна из них — дорога, нанизывающая на себя все населенные пункты вдоль Турани, а вторая сбегает непосредственно к берегу) пересекались под прямым углом. Посередине — небольшая площадь, точнее, довольно большой участок на пересечении дорог, незастроенный и неогороженный. Вот к нему-то и стремились доморощенные диверсанты. Хотя не такие уж и доморощенные, если припомнить, сколько им уже удалось наворотить.

Черт! Быстро же ходят эти гульды! Или здесь не два патруля, а больше. Виктор и Куница поспешили юркнуть за угол избы. Вроде они и в военной форме, только вот лицом к лицу сталкиваться нежелательно: и без того практически вплотную подошли, совершенно не скрываясь, теперь лучше поберечься. И вообще хватит ходить по дорогам. Надо вот так вот, тишком, огородами. Скромнее нужно быть, скромнее.

У повозок оказалось четверо часовых, но, как всегда, служба организована так себе. Вместо того чтобы разойтись по сторонам и охранять обоз из полутора десятков повозок, тесно сбитых на площадке и по улицам, охранники встали по двое и лясы точат. Вот молодцы. Так держать. Одно плохо: повозка, груз которой Виктор в подзорную трубу точно классифицировал как порох, стояла именно в центре, неподалеку от парочки часовых.

— Может, снимем? — прошептал в самое ухо Куница.

— Ты страхуй и, если что, начинай валить. Попробую все же по-тихому пробраться, лошадей они увели пастись, так что может и получится, — скорее выдохнул, чем произнес Волков.

Напарник только согласно кивнул и изготовился к бою.

Подобраться к повозке оказалось гораздо проще, чем представлялось. Сколько миллионов нервных клеток при этом погибло и какое количество адреналина сейчас бушевало у него в крови, вопрос иной. Главное, что часовые и ухом не повели, продолжая приглушенно разговаривать на своем гортанном языке.