Фея в Академии Черного дракона

На это могут уйти месяцы, годы, десятилетия…

— Пока месяцы ушли на обучение Лиара Рамбовского, — вновь хмыкнул Даарт и развернулся, собираясь открыть портал.

Я прижалась к его спине, не давая ему уйти.

— Они — родители, они хотели как лучше, — прошептала я. — Им было страшно, страшно потерять меня. Прости их. Прости нас. Твоим родителям тоже было страшно потерять тебя, ведь даже без ритуала единения наша связь слишком крепка, да и ты…

Ты провёл бы ритуал, даже зная, что я могу умереть и потянуть тебя за собой, даже зная, что резонанс может нас уничтожить во время ритуала, хотя ты бы нашёл выход и тут. Потому что в этом весь ты, Даарт. Неотступный.

— Хватит, — выдохнул его высочество и разжал мои руки. Он открыл портал, но прежде, чем уйти, сказал: — Всё дело в доверии. Ты не поверила в мои силы и возможности. Родители — это определённо важные люди, но ты уже достаточно выросла, ты не ребёнок и способна принимать самостоятельные решения. Например, хотя бы посвятить в свои планы того, кого выбрала в спутники жизни.

Он ушёл порталом, забирая осколки моего крошившегося сердца. Как же больно! И от осознания того, что он демонически прав, становится ещё хуже.

Глава 18

Ледяные чертоги встретили шумом и весельем, правда, в холле было пусто, и все звуки доносились из бальных залов. Новый год в Дракмаре традиционно празднуется семь дней в Ледяных чертогах, поэтому эта неделя должна быть насыщена событиями.

Особенно последний, седьмой день — мой день рождения.

Очутиться дома после четырёх месяцев отсутствия было непривычно, казалось, что изменилось очень многое, хотя дворец стоял, светло-небесный холл сиял чистотой и всё той же трогающей душу морозностью, однако теперь… Я уже не ощущала себя здесь, как дома. Словно наведываюсь в гости.

— А вот и мелкая вернулась.

Я резко обернулась и почувствовала, как на губы скользнула улыбка. По лестнице уверенной походкой спускался Скайн — мой самый любимый старший брат. Не совсем старший, есть еще Уйад, которому сто девяносто или около того, я давно перестала считать. С Уайдом мы не были особо близки, он всегда был далёким и излишне строгим, уже обрел свою пару, провёл обряд единения, но с детьми пока не спешил.

А вот Скайн — моя любимая нянечка! Он проводил со мной не меньше времени, чем родители, правда, часто задирал, но зато готов был защитить от всего на свете. И сейчас я поняла, что жутко соскучилась по этому дурашке!

Я бросилась к лестнице и повисла на шее брата, уже успевшего спуститься и теперь заключившего меня в объятия. Скайн покружил меня и опустил на ноги, сделав вид, что ужасно устал.

— Ты потяжелела. Много и часто питалась? По фигуре и не скажешь.

— Я много и усердно занималась, — фыркнула я и сжала кулачок, подняв руку вверх.