Фея любви. Трилогия

Стонала она, кстати, довольно далеко от нашего лагеря, почти в десяти шагах, что также не походило на нормальное поведение нечисти. Больше всего это напоминало… стук в дверь… этакое мягкое сообщение о своем появлении.

Да уж. Дожили. Вежливая нечисть уже сама самоубиваться приходит. Или как?..

— Прохладной воды вам, странники, — высоким чистым голосом произнесла утопленница, приблизившись еще на пару шагов. Сейчас, присмотревшись, можно было понять, что она молодая еще. Лет так десять — двадцать как утопла. Высокая, черноволосая, темноглазая, весьма красивая. В принципе единственным ее существенным недостатком являлась землисто-серая кожа. Про то, что она уже давно не совсем живая (магистры до сих пор спорят, к какой группе отнести этот народ — к нечисти или нежити, ибо и то и другое определение вроде как не совсем верно), я благоразумно умолчу.

— И тебе не хворать, — механически откликнулась я, невольно переводя на себя внимание пришелицы. Почувствовав, что контакт есть, русалка улыбнулась чуть свободнее и, что мне казалось невозможным, еще радостнее. Прямо-таки лучащаяся счастьем нежить. И почему это все нормальные маги натыкаются на адекватных монстров, а мы — на исключительных, а?..

— Я тут от сестер слышала, что вы маги. Это так? — напрямик спросила утопленница, явно не желая надолго задерживаться на поверхности.

Я, не сумев справиться с удивлением, воззрилась на русалку как на новое чудо-юдо. Неужели все-таки убиваться притопала? Сама?! Вот это сервис!

— Ну маги, — согласилась я. — Боевики, — на всякий случай уточнила я, решив, что она нас с бытовиками спутала.

Утопленница засияла такой улыбкой, что неяркое утреннее солнце заметно поблекло на таком фоне.

— Тогда именно вы мне и нужны!

Тушите свет, называется. Впервые вижу нечисть, разыскивающую боевых магов самолично. Уже даже интересно: а по какому вопросу?..

— И зачем же мы тебе понадобились? — осторожно полюбопытствовала я, мысленно готовя себя к любому, даже самому неожиданному ответу.

— Дракона прогнать, — все с той же блаженной улыбкой ответила русалка.

А я поняла, что таки нет, не была я готова к подобному. К чему угодно — да, но не к дракону.

— Эммм… — невольно протянула я, чувствуя за спиной такое же слаженное недоумение. — Какого дракона?

— Золотого, — еще шире улыбнулось это недоразумение подводного мира.

Ничего умного в голову от такого уточнения все равно не пришло, а потому я задала наиболее важный для меня в тот момент вопрос:

— А разве они здесь водятся?

— Обычно нет, — заверила меня русалка, — но этот завелся. Сам. Прогоните? — и с надеждой уставилась почему-то на Рыжа. Наверно, чувствовала, что из всех нас он наиболее часто уступает просьбам миленьких девушек.

И, конечно же, Констан сразу поддался.