Фея с золотыми зубами

На одном Катя красовалась в купальнике, на втором ее голову прилепили к телу стриптизерши, которая в облаке дыма стояла у шеста, на третьем Яркина красовалась в объятиях некоего мужчины с характерной восточной внешностью. И на сей раз к стопке снимков прилагался текст иного содержания. «Не ищи жену. Она вернулась ко мне. Нам было хорошо раньше, еще лучше будет теперь. Спасибо, что присмотрел за Катькой, пока я чалился. Она все твое тебе оставила». Лизочка постаралась. Снимки Катерины были подлинными, взятыми из семейного альбома, а тело стриптизерши утопало в тумане.

Момент для акции Лиза выбрала идеально. Отец в конце октября уехал в командировку. Вернулся он тридцать первого, узнал, что жены нет, а тут подоспела бандероль.

Ревность и вспыльчивость Лизавете досталась от папы. Константин в минуту гнева терял над собой контроль. Не успел он вскрыть коробочку, как ему на мобильный позвонила… Катя. Голос жены прорывался сквозь треск и писк.

– Прости меня, – сказала супруга, – я возвращаюсь к Исмаилу, он вышел с зоны. Я ничего не взяла, оставила драгоценности, деньги, вещи и паспорт. Не ищи меня, я взяла другое имя. Спасибо за все, ты хороший человек, но я люблю Исмаила.

Ох, как хорошо Лизавета знала отца! Константина словно огрели по голове дубиной. В ярости он разбил сотовый, разорвал фото, разгромил спальню Кати.

Если бы Ерофеев сохранил чуток хладнокровия, он мог бы проследить, откуда пришел вызов на его мобильный, отдать фото на экспертизу, узнать, что снимки – подделка, но ярость затмила ум. Произошло то, на что очень надеялась Лиза: отец уничтожил память о жене, сжег ее одежду, мебель, разодрал зайца-талисман и приказал никогда не упоминать при нем имени жены. Через некоторое время он сообщил окружающим о разводе с Яркиной, естественно, не приводя никаких подробностей.

Ушлый адвокат Арон Вергелис сумел законным образом оформить разрыв. Паспорт Кати остался в Ворокине, у Арона имелся прикормленный нотариус, который состряпал от лица Яркиной доверенность… Впрочем, это уже неинтересно.

Ночь была бессонной не только для нас с Зоей. Бригада переместилась в Ворокино. Тело Катерины нашли в сундуке, под головой у нее лежал розовый шарф с зелеными помпонами и вышитым золотом «клеймом» дочери Ерофеева. Соня наотрез отказалась оставаться в своем особняке. То, что дом стоит на другом конце огромного участка, никак не успокоило жену Константина.

– Поеду к маме, – дрожащим голосом сказала она, – ужас! Она лежала тут неподалеку! Понятно теперь, почему Лизавета охотно согласилась на предложение выйти замуж за Ласкина. Ей хотелось убраться подальше от страшного места. Нет, я сюда не вернусь! Пусть Костя продает дом и покупает другой!

Продолжая плакать, Соня вызвала шофера и отбыла к матери.