Фея из комиссионки

В глазах пестрело от ярких нарисованных птиц, насекомых и бабочек. Стены были украшены мозаикой всё с тем же пернато-энтомологическим уклоном. Павлины с богато распущенным оперением, ослепительно-яркие жучки, расправившие свои волшебные крылья бабочки…

Яна возлежала на высокой и широкой кровати под балдахином из бирюзово-золотой гобеленовой ткани с золотыми шнурами и кисточками. Вторым воздушным слоем над ней струился полупрозрачный тюль. Балдахин покоился на четырёх резных столбиках с фигурными набалдашниками в виде маленьких арабчат. Изголовье кровати было обито в технике капитоне – ромбы на стёганой обивке были утоплены в обивку золотыми пуговками. С потолка свисала роскошная люстра с висюльками, которой самое место было бы в зале или фойе театра. Простенки были заполнены огромными зеркалами в разноцветных стеклянных рамах. На полу топорщился длинным ворсом ковёр со сложным восточным орнаментом. Окна были распахнуты, но в номере было очень душно, наверное, от обилия мебели – столики, тумбочки, напольные бра и шкафы занимали всё оставшееся пространство.

Яна поёжилась – лежать среди такого великолепия было ужасно неуютно.

– Господи, где я? – прошептала она, натягивая до носа огромное шёлковое одеяло.

– В президентском номере, – тут же появился в поле ее зрения Люк.

– Что это? – слабо повела она рукой в сторону зеркал.

– Это муранское стекло. И зеркальное полотно, и мозаичные рамы, – сказал он гордо. – Потрясающей красоты вещи. Я заказал зеркала в Мурано – это такой венецианский остров, который славится своими изделиями аж с тринадцатого века. Тебе нравится?

Люк присел к ней на краешек кровати.

– С древности венецианский сенат строжайше оберегал тайны изготовления муранского стекла. Разглашение стекольного мастерства каралось тюрьмой или смертью. Стеклодувам предоставлялись особые привилегии, чтобы удержать их на острове. Нынче муранское стекло часто подделывается, но у меня оно самое настоящее. Видишь вон те вазы? Это тоже муранское молочное стекло с золотой росписью.

– В других номерах так же? – поинтересовалась Яна.

– Там скромнее. Тебе не нравится? – забеспокоился Люк.

– Буйство красок… А как здесь со звукоизоляцией? – спросила она.

– Не беспокойся. Тут всегда тишина. Только пение птиц за окном.

– Я про соседей в люксе сверху. Они не шумели в порыве страсти? – спросила Яна.

– Опять ты про них! Дались они тебе! Это их личное дело.

Яна откинула одеяло и села на кровати. Ей было жарко. Вяленую рыбу с нее сняли добрые люди, а вот запах остался. В пепле она была или нет, этого не видела, но вкус песка во рту ощущала.

– Давление поднялось, уши заложило.

– Доктор сказал, что у тебя, наоборот, пониженное давление.

– Да? – удивилась Яна и соскочила с кровати.