Экзамены для феи

Из трех дежурств гарантированно одно пройдет в полной тишине, без единого происшествия. И это не самый плохой вариант. Гораздо хуже, когда наоборот. Когда выброшенные души идут одна за другой, а ты не знаешь, куда их девать. Кто-то ревет, кто-то орет, а кто-то и драться лезет, а ты всего лишь маленькая фея, отрабатывающая Шабы. При этом время поджимает. За десять минут надо успеть донести суть происходящего, и убедить человека в том, что надо сделать выбор. А они еще и не верят! Еще и спорят! Еще чего-то требуют! Весьма утомительно. И ждать утомительно, и работать утомительно. Не знаешь, что и хуже.

Именно по этой причине я шла на отработку, запинаясь нога за ногу, думая о том, что же ждет меня сегодня. Тоскливый штиль или занудный ураган? Хотя, что бы там ни было — это лучше компании двух магов в Старом Крыле.

В лазарете меня встретила мисс Пейливан — маленькая, шустрая лекарка, способная вылечить все что угодно: от легкого насморка, до сердечного приступа. Когда я к ней подошла, она как раз протирала стеклянные мензурки.

— О, Аравита! Добрый вечер. Ты опять к нам? — добродушно усмехнулась она, — а я все думала, куда же ты пропала. Неужели за ум взялась и перестала баллы копить.

— И вам здравствуйте, мисс Пейливан. Рада вас видеть. — я улыбнулась, вполне искренне.

Эта женщина мне нравилась, своим жизнерадостным характером, добродушием и энергией, вечно бившей через край. Она никогда не смотрела на меня, как на фею неудачницу, любила поболтать, а еще умела заваривать самый вкусный на свете ежевичный чай.

— Готова к дежурству?

— Почти. Сейчас только личину поменяю, — я подошла к зеркалу оборотов, заглянула в него, и уже через мгновение вместо щуплой медноволосой девушки, там отражалась дородная барышня с ярко напомаженными бровями.

Такую увидишь и оробеешь. На это и расчет, потому что в обычном обличии было работать трудно: никто меня всерьез не воспринимал, не боялся, иногда даже норовил обидеть, а вот бровястую побаивались.

— Все. Готова, — поправила прическу и подошла к мисс Пейливан.

Она осмотрела меня с ног до головы и вздохнула:

— Ну и затейница ты, Вита, — с этими словами лекарка отвела меня в маленькую комнатку, где одиноко поблескивал тусклый, едва различимый на фоне серой стены переход.

— Удачного дежурства, — она легко прикоснулась пальцем, и блеклая поверхность ожила, набралась красок, пришла в движение, закрутившись облачным вихрем.

— Спасибо.

Один шаг, и я уже не в Академии, и не в Пустом мире. Я вообще нигде. Между мирами, среди белесых облаков. Пространство вокруг меня изменилось, сложилось, исказилось приобретая привычные формы маленькой квадратной комнаты. Посреди нее стоял простой белоснежный стол и пара стульев.