Сыщик для феи

Не годяще так людишек-то умалять. А они ж ну чистые благодетели! Вежеству и политесам всяким ученые, разумные, спасу нет! К чему нам, говорят, слава, лишь бы люд кругом радовался да Деву Железной Воли нахваливал. Во-от, – завершил он. – Ну а поелику мы все равно за неимением врагов разоружаемся, то, стало быть, Ефросинью Великую к делу-то и пристроили. – Он ткнул пальцем в сторону гигантского пускового устройства.

– Тю! Да как же в натуре врагов-то нет? – возмутился подурядник. – А поговаривали, что под самым Елдин-градом ордынцев видали.

– Ну, видать-то их не видали, – покачал головой бывший воин. – Они точно в воду канули. А вот следы-ы! Те да, в большом количестве имеются. В Бровурцах домину порушили, у кобольдов шахты засыпали, в общем, страх и ужас! Да вот беда, коли ордынцев тех не видно, то и с катапультой против них делать нечего. Ну а так-то иных врагов нет. С одной стороны Великий Железный Тын, с другой – Малиновая линия, живи себе, как у Нычки за пазухой. Или опять же по-мурлюкски, как у бога на лицевом счету.

– Как у бога, да убого, – хмыкнул я, с интересом дослушав содержательную речь простодушного мздоимца о положении внутри страны и «благотворительных» акциях неведомых затынных доброхотов. – А скажи-ка, мил-человек, не известно ли тебе вдруг, где сейчас почтеннейший Юшка-каан? Поговорить с ним надо бы.

– Эк вам не свезло! – покачал головой толмач. – Вот же ж тут был! На том же месте стоял! Самый чуть перед вами отбыть изволил.

– Ну что, догоним? – повернулся я к Вадиму.

– Ну так ясен пень! – на своем невообразимом наречии, непереводимом даже для субурбанского толмача, ответствовал Вадюня. – Ща катнем по-быстрому.

Уж не знаю, что из вышесказанного понял мелкотравчатый мздоимец, но общую суть происходящего он уловил верно. А потому, не желая отпускать без личной корысти могущественных благодетелей, чуть было не впился в сапог Злого Бодуна мертвой хваткой:

– Вельмочтимый господин подурядник! – чуть приглушая голос, чтоб не слышали монтажники на Ефросинье Великой, затарахтел он. – Не извольте на фиг отсылать, дозвольте слово молвить. Я, с позволения вашего и по милости несказанной всепредержащего Нычки, уже неделю как в подстольниках уряда Дачи Людской состою. Так и еще хвостней поднакопил…

– Чего-чего? – перебил его Ратников. – Кем куда ты состоишь?

– Уряд Людской Дачи, – тихо прокомментировала Делли, – это место, где распределяют милости государевы. Кому за верную службу пансионы назначают, кому надел на кормление, дабы службу нес рьяно и о прожитке не тужил. Ну и всем немощным, больным да убогим посильная милостынька с королевского стола. Очень выгодное место! Немудрено за неделю денег поднакопить на следующий чин.