Фехтмейстер

Будучи в довольно отдаленном родстве с императором Францем-Иосифом, он с детства готовился к военной службе, втайне мечтая о богатой жизни светского льва — покровителя искусств и попечителя многочисленных обществ, начиная от братства любителей фиалок и заканчивая союзом офицеров флота.

Нелепая смерть престолонаследника в Сараево и начавшаяся вслед за тем война перевернули беззаботный мир этого доброжелательного молодого человека, не оставляя от прежних мечтаний камня на камне. Повинуясь указанию 85-летнего императора, министры ежедневно присылали Карлу фон Габсбургу свои отчеты, на которые он смотрел с нескрываемым ужасом, понимая, что постичь содержащиеся в них тайны государственного управления ему не под силу. Став генерал-полковником 27 лет от роду, в начале войны он был направлен в Перемышль, чтобы «понюхать пороха», однако едва боевые действия подкатились к стенам крепости, император назначил Карла регентом Венгерского королевства и Главнокомандующим всеми находящимися там силами. Это его-то, в жизни своей не командовавшего и полком!

Вероятно, произойди это в иное время, подобный способ приобщения его к императорской власти вполне мог дать желаемые результаты. Но теперь, перед лицом нависшей угрозы, Карл фон Габсбург с грустью осознавал, что сейчас здесь, на его месте, должен находиться человек куда более опытный и умелый как на стезе военной, так и в роли правителя. К тому же эрцгерцог Карл вовсе не желал этой войны. Он был женат на принцессе Бурбон-Пармского дома, слыл ярым франкофилом и терпеть не мог наглых выскочек-пруссаков, невесть с чего почитавших себя носителями истинного германского духа.

— Ваше Императорское Высочество…

Карл повернулся. Он не слышал, как вошел дежурный адъютант, и от этой оплошности досадливо поморщился.

— Что еще? — Он напустил на себя вид глубокой занятости и демонстративно перевернул страницу лежащего перед ним доклада министра иностранных дел.

— Разрешите доложить?

— Докладывайте, — милостиво дозволил престолонаследник.

Он захлопнул папку с доставленным поутру меморандумом нового министра-президента, а заодно с этим и министра иностранных дел барона фон Райевича, касавшийся будущей политики империи. Ему не нравился ни этот самый барон, ни его меморандум, ни предлагаемый политический курс. Однако кому до этого было дело? Его лишь знакомили с азами государственного управления, нимало не заботясь о том, что будущий император имеет собственное мнение о судьбе будущего наследства.

— Генерал фон Бойна, командующий 3-й армией, прислал к вам некоего русского офицера, вчера ночью перешедшего линию фронта в районе Дуклинского перевала.