Феерическая Академия

– Ах ты мерзавец!

— Или ты мне рассказываешь все, как есть, — послышался разозленный голос, а я с негодованием пыталась снять с себя волшебный наручник. – Не выйдет. Я хочу услышать правду. От начала и до конца. Как, где, кому и при каких обстоятельствах было загадано желание. Это раз. Причина бледности и нездорового вида. Это два! Пока я не выясню эти два вопроса, ты будешь все время находиться со мной. Я устал играть в загадки. Ты мне ничего не говоришь, ничего не рассказываешь, а следовало бы. Мое терпение лопнуло.

Зверек наныл смотрел на Оберона самыми грустными глазками на свете, роняя скупые слезки и шмыгая носом, вспоминая, что спорить с ним – аттракцион не для слабой нервной системы.

— Зачем? – грустненько спросил наныл, показывая пальчиком на наручник. – Я что теперь? Узница, да?

Гнев, который готов был в любой момент растереть меня в корм для рыбок, сменялся чем-то странным.

— А ничего, что мне бо? – жалобно произнес наныл, в моем лице, снова поднимая глаза. – Мне бо…

Оберон менялся в лице, глядя на то, как я ковыряю пальчиком наручник. Это я сейчас не наручник ковыряю, а чье-то черствое и бесчеловечное сердце.

— Где болит? – спросил Оберон, убирая волосы с моего лица. – Отвечай, нытик мой. Так, не надо нос воротить. Где болит, спрашиваю!"

"— Тут, — протянула я ему руку с наручником. Зверек наныл доверчиво заглядывал в глаза узурпатору нервов, а я видела, как тиран моей нервной системы дрогнул. – Сильно-сильно…

Я чувствовала, как мою руку осторожно взяли в свою, и моя рука показалась такой умилительно маленькой и хрупкой.

— Где болит? Здесь? – послышался шепот, от которого сердце занервничало и запаниковало. Пальцы Оберона скользнули по моему запястью, немного ослабляя путы, но не снимая их. – Ты знаешь, я просто так не сниму. Как бы жалобно ты на меня не смотрела.

Я молчала, чувствуя, как мое запястье гладят пальцами.

— Теперь-то не больно? – негромко спросил король фей, а я безотрывно смотрела на свою многострадальную руку.

— Болит, — вздохнула я, а его пальцы остановились на царапине. Видимо, какой-то осколок все-таки меня зацепил. Палец осторожно провел по маленькой красной ниточке, а я почему-то с замиранием сердца видела, как моя рука скользит в сторону его губ.

— Сейчас пройдет, — послышался шепот, от которого по телу пробежали волнительные мурашки. Губы шептали, почти прикасаясь к царапине, а я застыла, чувствуя, как Оберон целует ранку, и она начинает затягиваться. – Уже не болит…

Погодите, я сейчас немного приду в себя. Зверек наныл смотрел на меня странным взглядом, понимая, что наныл что-то не то. Ладно-ладно, сейчас зверек наныл покажет мастер – класс!

— Если тебя смущает, что подумают другие, — послышался тихий и насмешливый голос Оберона, а меня осторожно взяли за руку.