Феерическая Академия

В вишневых глазах читалось: «Ну что еще?». – А можно я губки подкрашу? Момент торжественный, а я не готова! Погоди, сейчас выставлю губки. Тебе как бантиком? Или домиком?

— Не буди во мне охотника, — послышался голос, пока я всячески мотивировала его, раскатав зеленую губу. – Это может плохо кончится…

— Я тоже в своем роде «неохотник»! Ты знаешь, что такое «неохота»? Это когда лежишь на подушке, один глаз открыт, другой закрыт, тебя обнимает лень-матушка, а ты думаешь: «что-то нужно делать!», - согласилась я, принимая самую эротическую позу. – Ну, милый, нормальный мужик в твоем-то возрасте должен не только целовать, но и … хмы-хмы, все что шевелится!

— Я тебя сейчас убью! – послышался голос, а в нем так удивительно сочеталась угроза и улыбка, что я зажмурилась и выставила вперед губки.

— Давай, милый, давай! Понимаю, что на меня губы не складываются, но что поделать? – развлекалась я, понимая, что быть жабой достаточно весело. – Ты представь, что целуешь принцессу… Просто без макияжа!

— Я терпеливо жду, когда ты прекратишь, — послышался голос, а я вздохнула, пытаясь смириться со своей участью. – Поверь, с каждым разом мне все меньше и меньше хочется тебя целовать!

— Не переживай, я тоже тобой брезгую! – гадко улыбнулась я. – Не хватало, чтобы меня тут лобызали всякие…

Его губа прикоснулись ко мне, а я едва ли не упала под натиском… Честно, я уже и забыла о том, что меня тут как бы расколдовывали, потому как, прижав мое тельце к стене, достаточно грубо и настойчиво, меня целовали так, что я слегка растерялась. Есть поцелуй – прости, есть поцелуй – я тебя люблю, есть поцелуй – интригующий. А это был поцелуй-скандал. Сладкий яд растекался по венам, опьяняя от каждого прикосновения его губ. Я чувствовала, что с каждым разом поцелуи кажутся все слаще и слаще. Руки дрожали от странного наслаждения, пробегающего отравой по венам, а я понимала, что ладони, которые уперлись в чужую грудь слабеют и опадают вниз…

— Не дергайся, — послышался голос, а я попыталась сбежать, но меня удержали. – Я же сказал. Не буди во мне охотничий азарт.

— А я и не бужу! Пусть спит себе спокойно. Я могу ему колыбельную спеть, — дернулась я, понимая, что по-хорошему вполне достаточно."

"— Ты будешь вести себя нормально? – послышался голос, а меня грубовато взяли за подбородок. – Я не хочу однажды вернуться на развалины собственного дворца, поэтому ты больше не занимаешься магией. Ты меня поняла? И не надо на меня так смотреть. Это приказ. Твою волшебную палочку уничтожат.

— Ты как охотник должен знать, что это, — всхлипнула я, понимая, что снять проклятие без магии будет непросто. – Это… зверек наныл… Знаешь, какой он противный.