Фаворитка императора

 – Вставайте, Агата, и торопитесь! Надо упаковать багаж, разбудить Гракха, сказать ему, чтобы он сейчас же закладывал лошадей, срочно!

– Но… го… госпожа… – забормотала девушка, изумленная необычным способом пробуждения среди ночи и видом хозяйки, единственным одеянием которой были распущенные волосы, – госпожа, разве мы уезжаем?

– Сейчас же! Я хочу встретить восход солнца в пути! Ну-ка, вставайте, да поживей!

Пока промокшая Агата выбиралась из постели, охваченная жаждой деятельности Марианна побежала в свою комнату, опорожнила сундуки и шкафы, вытащила вещи из небольшого чуланчика рядом с ванной и начала укладываться без всякого порядка. Когда несколько минут спустя появилась горничная, сухая и одетая, она нашла свою хозяйку среди невообразимого разора. При виде этого зрелища Агата на ходу подхватила пеньюар и накинула его на плечи Марианны, до сих пор не обратившей внимания на свою наготу.

– Госпожа простудится, – заметила она укоризненным тоном, но не решилась спросить о чем-нибудь.

– Спасибо. Теперь помоги мне привести все это в порядок… или нет, лучше пойди разбуди Гракха, а затем… нет, я сама пойду!

– Об этом не может быть и речи! – возмутилась Агата. – Госпожа спокойно оденется, пока я пойду за Гракхом. Как можно идти в людскую босиком, в одном пеньюаре! Я скажу донне Лавинии, чтобы она пришла помочь.

Агата едва успела выйти, как, к изумлению Марианны, появилась экономка, тщательно одетая, словно она этой ночью и не ложилась в постель. Может быть, ее разбудил поднятый хозяйкой шум, но она не была удивлена, найдя молодую женщину среди чемоданов и разбросанных вещей. Она сделала реверанс так же безупречно и спокойно, словно сейчас было восемь или десять часов утра.

– Ваша милость покидает нас? – спросила она только.

– Да, донна Лавиния! И я замечаю, что это вас не особенно удивляет.

Голубые глаза экономки с участием остановились на раскрасневшемся лице Марианны. Она печально улыбнулась:

– С тех пор как господин кардинал покинул нас, я боялась, что это произойдет… Оставшись здесь одна, госпожа не могла не пробудить темные силы, которые еще правят в этой обители. Она хотела слишком много знать… и ее красота из тех, что порождают драмы. Не во зло будь ей сказано, я счастлива, что госпожа уезжает. Так будет лучше для всех.

– Что вы хотите сказать? – спросила Марианна, нахмурив брови, ибо спокойствие Лавинии удивило ее.

Похоже, что экономка уже знала о событиях сегодняшней ночи.

– Что монсеньор, только что вернувшись, заперся у себя с отцом Амунди, которого он срочно потребовал… что Маттео Дамиани заперт в подвале… и что молния ударила за холмом у грота, ибо я сама видела там ослепительный свет и слышала грохот обвала. Для госпожи сейчас лучше будет уехать.