Фаворитка императора

И тотчас холодный мрамор согрелся, затрепетал. Золотые блики забегали по отполированным зернам бесчувственного камня, может быть, более нежным, чем человеческая кожа, и Марианне показалось, что статуя оживает. И тогда она увидела нечто невероятное: Маттео выпрямился, стал на цоколь и обнял женщину. С неистовой страстью он целовал так естественно отдающиеся губы, словно хотел передать им свой жар, непрерывно бормоча слова любви вперемежку с бранью. Это напоминало странную литанию, в которой гнев смешивался с любовью и грубыми выражениями желания. В то же время его дрожащие руки ощупывали мраморное тело, в теплом свете утра, казалось, содрогавшееся под ласками.

В этой любовной сцене со статуей было что-то чудовищное, и, охваченная ужасом, Марианна отступила в тень тоннеля, забыв, что она пришла сюда, чтобы отчитать этого человека, наказать его. Бесполезный теперь пистолет подрагивал в ее руке, и она вновь засунула его за пояс. Человек этот потерял рассудок, ибо не было другого объяснения такому безумному поведению. И тут Марианне стало по-настоящему страшно. Она была одна с сумасшедшим в таком глухом месте, о котором большинство обитателей виллы, может быть, и не знали. Даже пистолет показался ей жалкой защитой. Маттео, без сомнения, обладал грозной силой. Обнаружив ее, он мог внезапно напасть, прежде чем она смогла бы защищаться. Или же тогда ей пришлось бы выстрелить, убить, но этого она не хотела.

Невольная смерть Иви Сен-Альбэн, причиной которой она стала, до сих пор лежала камнем на ее сердце.

Она слышала, как Маттео исступленно обещал своей бесчувственной возлюбленной вернуться этой ночью.

– Луна будет полной, дьяволица, и ты увидишь, что я ничего не забыл! – прорычал он.

Сердце Марианны заколотилось. Сейчас он уйдет, обнаружит ее… Не ожидая больше, она с быстротой преследуемого зайца пронеслась через тоннель, грот, балюстраду, нырнула в заросли и ступила на лестницу, но обернулась, чтобы взглянуть назад сквозь листву. Как раз вовремя. Маттео показался из грота, и Марианна спросила себя, уж не приснилось ли ей все это. Человек, которого она только что видела в эротическом экстазе, спокойно шагал по тропинке между колоннадой и водой, заложив руки за спину, с наслаждением подставляя свое суровое лицо легкому ветерку, шевелящему его седоватые волосы. Просто человек вышел на утреннюю прогулку, чтобы воспользоваться свежестью влажного от росы парка перед трудовым днем.

Марианна живо взобралась по лестнице, пролезла в открытую панель, но перед тем, как закрыть ее, постаралась разобраться в приводном механизме. Оказалось, что она и в самом деле приводилась в движение с обеих сторон: рукояткой – с лестницы и углублением в позолоченной лепке – из комнаты.