Фаворитка императора

Если бы это не было необходимо и если бы его преосвященство из предосторожности не потребовал…

– Где мой крестный? – спросила Марианна, сразу став серьезной. – Я думала найти его здесь.

– Вы должны были помнить, что князь Церкви нуждается в больших предосторожностях, чем кто-либо иной, во время таких ужасных событий, которые мы переживаем. Последнее время мы квартировали в монастыре Монт-Оливети, но затем из осторожности покинули его.

– Это было действительно очень благоразумно, – признала Марианна, подумав о том, что несколькими минутами раньше сказал неистовый жандарм. Именно к этому монастырю они направились.

– И где находится его преосвященство сейчас?

– Напротив, – ответил аббат, показывая в окно на колокольню собора. – Он устроился сегодня утром у церковного сторожа и ожидает вас.

Марианна бросила взгляд на висевшие у нее на шее миниатюрные золотые часы.

– Уже поздно. Церковь должна закрыться… охраняться…

– Вечерняя служба только начинается. Предпринятые Императором меры касаются только монастырей, но не церквей, где богослужение должно продолжаться. Службы проходят регулярно. В любом случае сторож должен оставить одну дверь открытой при необходимости на всю ночь. Его преосвященство будет вас ждать после вечерни.

– Где именно? Церковь такая большая…

– Вы не пойдете со мной?

– Нет. По приказу монсеньора я должен покинуть гостиницу ночью. Он не хочет, чтобы нас видели вместе. Моя миссия завершена, и меня призывают другие дела.

– Благодарю вас, господин аббат. Я сообщу крестному, с какой старательностью вы выполнили его волю. Что касается меня, то я сейчас же отправлюсь на встречу с ним.

– Да хранит вас Господь! Я буду молиться за вас.

Приложив длинный палец к губам как требование соблюдать тишину и ступая на носках своих громадных туфель с видом заговорщика, который при других обстоятельствах Марианна нашла бы комичным, мнимый синьор Зеччини вышел так же бесшумно, как и вошел.

Марианна живо подошла к туалетному столику, сняла шляпу и убедилась, что прическа не сильно пострадала, затем, открыв принесенный Орланди ковровый мешок, достала из него большую темно-красную кашемировую шаль, в которую закуталась с головой, как это делали местные женщины. После чего она приоткрыла дверь, ведущую в комнату Агаты. Как она и предполагала, девушка спала. Растянувшись в одежде на кушетке, она даже не услышала, когда скрипнула дверь. Марианна улыбнулась. Она могла спокойно идти на свидание. Агата не скоро проснется. Спускаясь по лестнице, она встретила Орланди, который шел с уставленным тарелками, стаканами и приборами подносом.

– Пожалуйста, подайте ужин немного позже, – сказала Марианна.