Фатальная ошибка опера Федотова (СИ)

Не могу отвести взгляд, сглатываю…

Поспешно отступаю, быстро привожу себя в порядок, испытывая страшную неловкость и мучительный стыд.

Осознание произошедшего накрывает с головой, хмель весь давно уже выветрился, только головная боль остается. Захарова — моя головная боль…

Смотрю на нее, растерянно одергивающую юбку вниз, моргаю на красные потеки на бедрах, совесть гложет с новой силой.

Мудак ты, Федотов, такой мудак…"

"Отомстил, урода кусок, поимел девчонку чуть ли не силой. И не надо тут опрадываться, что она сама, что позволила, да еще и понукала, словно всадница — норовистого жеребца.

Это недостойно офицера и сына своего отца. Бля-а-а… Если б отец узнал, чего я тут сделал…

Все снутри холодеет, перед внутренним взором осуждающее лицо отца…

Выдыхаю, растерянно ищу сигареты в кармане, закуриваю…

Нет, это редкостный бред — представлять, что скажет отец… Мне уже к тридцатнику, я — взрослый,  серьезный мужик…

Только один плюс у такой ненормальной реакции — все к херам упало и желания продолжить немедленно нет.

Поворачиваюсь, смотрю на Захарову, пытающуюся стянуть на груди блузу…

Нет. Не упало.

Она ощущает мой плотоядный взгляд, замирает, ладони растерянно на груди зависают. И глаза такие беспомощные… Целовать, защищать и трахать…

На стуле висит мой пиджак, снимаю его и иду к ней.

Укутываю, задерживаю руки на подрагивающих плечах… Захарова поднимает на меня взгляд, доверчивый такой, нежный… И я не могу удержаться, наклоняюсь, целую в податливо подставленные мне губы.

Торкает опять в голову.

Сладость какая, черт… Если бы знал, что так будет, то не бегал бы столько времени, идиот…

Флешбеками — наш первый поцелуй, когда она, восемнадцатилетняя соплюшка, полезла ко мне… И приходит осознание, что уже тогда что-то такое было! Уже тогда!

— Давай сразу на выход, Ася, — коротко инструктирую ее, — не заходи никуда. Если тормознут, скажи, что плохо стало, стошнило, поняла? К машине моей иди.

— Зачем? — моргает она заторможенно, похоже, все еще в шоке после случившегося.

Ну да, блять, будешь тут в шоке. Охерительный первый раз ты девочке устроил, молодец, Федотов!

— Ты хочешь остаться тут еще? — спрашиваю я аккуратно, стараясь донести до Захаровой мысль, что не стоит так палиться сходу.

— Но… Прибрать все… — упирается она, приводя чисто бабские аргументы, — и вообще… Подумают, что мы…

— Можно подумать, ты этого не добивалась, — срывает меня чуть-чуть на язвительность. Ну в самом деле, что происходит? Нет, понятно, что происходит, но не может же баба после первого траха так резко  невыносимо поглупеть?

Укутываю ее сильнее в пиджак, кайфуя от ощущения маленького, нежного тела в руках. Прямо воробушек сладкий.