Фартовый город

 — Брюшина не задета, повезло ему. Крови много потерял, но жить будет.

— Откуда вы знаете?

— Повоюй с мое, и ты начнешь разбираться.

— А что с Ракогоном?

Надзиратель вышел из-за спин городовых и успокоил приятеля:

— Чиркнуло едва-едва, пустяк.

Англиченков выругался:

— А все ж мы его упустили!

— Кто это был?

— Хан Иван. Теперь ищи ветра в поле.

— Ну, остальных зато взяли, и рыжих, и чернявых, — утешил сыщика коллежский советник.

Действительно, пятеро арестованных вскоре были опознаны директором кондитерской. Именно они совершили налет и забрали полтысячи рублей выручки. В картотеке их не оказалось — новенькие. Англиченков лично завел на всех дела. Гаврила Сухоруков, Григорий Чумаченко и Николай Руднев назвались земляками «царей», уроженцами Гниловской. Азовец Константин Аввакумов бежал из тюрьмы, прибился к шайке Антипа. Петр Нефтяков был еще опаснее: убийца в розыске, зарезал в Екатеринославле целую семью.

Сыскные нажали на самого молодого из бандитов, Чумаченко, и тот выдал наводчика. Им оказался служащий булочной Никита Агапкин. Дело о нападении было раскрыто, налетчики арестованы. Уже к обеду градоначальник вынес Блажкову и его людям благодарность в приказе.

Глава 8

Кто кого

Питерец не участвовал в допросах и опознаниях. Сначала он был занят похоронами Корди. Как самоубийцу, того должны были зарыть без отпевания. Чтобы упокоить несчастного бухгалтера, Алексей Николаевич приготовился объясняться со священниками, давать взятки. Но в первом же храме, куда он обратился, в Никольской церкви, ему пошли навстречу. Батюшка, которому питерец все рассказал, тут же согласился отпеть покойного по полному обряду. И не взял сверх положенного ни копейки. При этом заявил: грех-то грех, но ясно, что раб божий Аркадий совершил его в умоисступлении, впав в отчаяние от случившегося с ним несчастья. Пусть его там судит Вседержитель, а здесь не дело мучить душу лишними гонениями. Корди похоронили на Крестовоздвиженском кладбище. За гробом шли всего двое: Лыков и Оконишникова. Руководство гирлового комитета обиделось на своего бывшего работника — из них не явился ни один.

Покончив с трудным делом, Алексей Николаевич проводил Ольгу Дмитриевну в Петербург. Та как-то подозрительно спокойно села в поезд, без споров и пререканий. Не собралась ли она сойти на первой же станции и тайно вернуться, подумал сыщик. Но это сущий авантюризм, Ольга в подобных вещах до сих пор замечена не была.

Посадив подругу на вечерний поезд, сыщик отправился к коллегам. Блажков с Англиченковым пили чай, вид у них был довольный.

— Проводили? — обрадовались они. — Давайте подсаживайтесь, и вам нальем. Водки, опять же, целое ведро…

Петр рассказал, что успел выяснить.