Египет великих фараонов. История и легенда

Атон — это сила, побуждающая рождаться и взрастать под его лучами все сущее. Царь — его жрец и пророк. Он сам проповедует религию Атона. Сановники Амарны признавались, что царь сам посвящал их в «таинства» Атона. Эхнатон был вставным духовным наставником, несущим «слово жизни», он привержен своей роли просветителя.

В начале религиозной «революции», которая в действительности опиралась на очень древние основы, в первую очередь на гелиопольское учение, Атон лишь первый из богов, главный среди них. Но затем положение меняется. Царь утверждает, что самая порочная сила, против которой ему пришлось выстоять, — это речи жрецов. А жрецы служат богам. Эхнатон пытается уничтожить культы, приказав сбить имена других богов, и прежде всего Амона, что равнозначно их истреблению. Однако причины и практика такой религиозной политики остаются совершенно туманными. Она непоследовательна; более того, в самой Амарне население помимо Атона поклонялось и другим богам.

Одно из серьезнейших деяний Эхнатона — уничтожение культа Осириса. Царь совершает чреватую тяжелыми последствиями ошибку, ибо народ был всей душой привержен этой религии, отражавшей надежды на загробную жизнь, на божественную справедливость, Одинаковую для богатых и бедных. Но Осирис — антипод Атона. Он — воплощение мрака, тогда как Атон — воплощение света. Возможно, фараон занял в этом вопросе слишком решительную позицию.

Слово «боги» во множественном числе упраздняется Отвергнув имя «Аменхотеп», Эхнатон приказал сбить его и оставил одно только имя Небмаатра[106], где фигурирует имя солнечного бога Ра и богини Маат, которую царь считал дыханием божественной жизни. Сам Эхнатон, как жрец, «дает Маат телам», то есть жизнь своим подданным. Желание мертвых — выйти утром из подземного мира, увидеть поднимающегося Атона, поспешить к жертвоприношениям, слышать голос царя, прославляющего солнце во время богослужения. Вот почему в убранстве гробниц царя часто изображают раздающим золото в награду верным слугам."

"Любопытно, что Эхнатон поддерживал прекрасные отношения со своей матерью, царицей Тэйе, которая даже посетила его в городе Атона. Он приказал выстроить для нее культовое здание и торжественно принял ее, а ведь она олицетворяла старое фиванское общество. На сцене в одной из амарнских гробниц даже изображен Эхнатон, вводящий мать за руку в святилище. Над ними блистает солнце, лучи его заканчиваются кистями рук. За матерью и сыном следует процессия. Оказалась ли материнская любовь Тэйе сильнее ее политических пристрастий? А может быть, после смерти мужа, Аменхотепа III, она тоже склонилась к «атонизму»? Или попросту примирилась с фактами, покорившись, как и все, приказам владыки Египта?

Эхнатон преуспел в своем начинании.