Невеста фараона

— А если она не согласится?

— Поверь мне, любимая, если я смогу увезти Фриш из столицы и засадить ее в свой женский дом, матушка царская меня не золотом осыплет, а серебром!

(В Древнем Египет серебро ценилось выше золота)

Я осторожно подошла к открытой двери в спальню. Парочка ворковала именно там.

— Знаешь, я мечтала, что она съест отравленный ужин, — хихикнула девица.

— И чего бы ты добилась, Тамит? От смерти Танеферт мы все проиграем. Как я вытащу тебя из дворца, если мне нечего посулить Мутемуйи?

— Но эта дрянь так и не сдохла, — возлюбленная моего бывшего плыла на своей волне, — Представляешь, ее змея прекрасно чувствует яды. Я сама сегодня видела. Она нас обеих спасла. То, что кто-то прислал этой дуре отравленное варенье я не знала.

— Ее хотели отравить? — ой, да ладно! В голосе Ахмеса волнение? С чего бы? Боится, что кто-то отправит меня за горизонт быстрее чем его возлюбленная?

— Да. Кто-то прислал сосуд с вареньем. Пахло оно восхитительно. И если бы не змея, мы бы обе сейчас гуляли по Елисейским полям.

(Елисейские поля или Поля тростников — это название известный бульвар Парижа получил от египтологов. Именно так в Древнем Египте называли аналог рая, последние пристанище праведников).

— Увы, сестра, нам с тобой по Елисейским полям не ходить. Слишком много мы совершили ошибок.

— Говори за себя, — она хмыкнула, — Твоя Фриш все еще жива. Так что я никого не убивала. Хоть и очень хотелось. А ты с ней правда не спал? Даже в ту ночь, когда выкупил за унизительно мелкое колечко?"

"Я тихо вышла из здания. Советоваться мне с Ахмесом расхотелось. В общем-то я подозревала его в нечестности. Но разве могла я предположить, что я для него лишь приманка в торгах. Он хочет освободить из царского дома свою обожаемую Тамит. А эта с позволения сказать подружка и вовсе распоследняя дрянь. Улыбается и гадит. Мне стало обидно за Танеферт. Она же хорошая, и умная, она знает 15-ть сложных языков, а еще играет на пяти музыкальных инструментах, включая арфу! Не девушка, а мечта! А эти сволочи собираются использовать ее как залог, чтобы добиться своих целей. Как будто она не человек. Не девушка, а вещь! И ладно бы так думала Тамит. Но ведь ее мнение и Ахмес разделяет. Тот, кто жарко шептал мне на ухо, кто показал мне возможный прекрасный мир, рожденный в нашей любви. Он все наврал?! Все это только для того, чтобы жениться на мне, забрать власть над нашим городом и вытащить из царского дворца свою сводную сестру? Какую же роль они мне уготовили? Сошлют в дальний дворец и заставят ткать им полотно пока я не состарюсь?

— Что с вами, госпожа? — солдат стоял навытяжку там, где я его оставила. Но в глазах его читалось волнение.

Я усмехнулась. Что со мной? Разочарование. Хотя я уже устала разочаровываться Ахмесом.