Фараон

Меня, после прибытия царицы, переселили в дальний угол, что явно было признаком неуважения, но сделать с этим было ничего нельзя, главным царём была сейчас она, мне же с моими двумя спутниками пришлось довольствоваться малым.

Глава 6

Три дня меня никто не беспокоил, городу было чем заняться, ведь прибыл царь, так что встречи, выражение верноподданных чувств и дарение подарков монарху от местных элит, заслонило собой всё остальное. Зато я в полной мере ощутил то, что обычно наверняка чувствовал в эти моменты сам Тутмос III, когда ты вроде как царь, а вроде, как и нет. Пару раз лишь заглядывал визирь, справиться как у меня дела, но и всё, в присутствии главного царя неподалёку, никто ко мне больше не рвался засвидетельствовать своё почтение. Мне лично было всё равно, я в политику не рвался ни у себя дома, не тем более здесь. Но подстраховаться я решил и в один из дней ожидания поездки, мы выехали на прогулку на колесницах, и я проехался вдоль заболоченных полей, засаженных пшеницей и ячменём, ища одну траву, которая помогла бы мне в городе, полном кошек. Поиски увенчались успехом и набрав немного нужных корней, я засунул их в кожаный мешок и вернулся к колеснице, ничего разумеется не объясняя спутникам. Но они в принципе давно уже привыкли к моему странному поведению и ничего не спрашивали.

* * *Наконец ожидание закончилось и по начавшейся утренней суете меня разбудившей, я понял, что наконец мы отправляемся в поездку. Быстро поднявшись, чтобы слуги провели стандартные утренние процедуры я отдался им на долгие два часа, поскольку начал привыкать, когда меня всего бреют и намазывают ароматными маслами, а также подводят глаза синим цветом, что оказалось здорово спасает на палящем солнце. Солнечные лучи не так сильно слепили глаза при нанесённой на подводке глаз косметике.

После нехитрого завтрака, за мной зашёл сам визирь и мы в сопровождении моих спутников и охраны отправились на корабли, стоящие на реке. На них собственно и прибыла Хатшепсут в Мемфис. Я их раньше не видел, так что оказался весьма впечатлён их размерами, а также тем, что сделаны были из дерева, которое было хорошо засмолено и покрашено. Прямая, качественная древесина в местных широтах была в большом дефиците, поскольку кругом в саванне росли в основном хилые акации или тростник, так что наличие таких больших досок стало для меня откровением.

— Откуда дровишки? — поинтересовался я у идущего рядом со мной Усерамона, показывая рукой на корабли.

— Народы Восточного Речену торгуют с нами деревом аш, — ответил он, но я не знал таких слов и топонимов, поэтому лишь просто кивнул.

Народу, сопровождающего визиря было очень много, но все почтенно следовали за нами, не думая даже обгонять.