Фарамунд

Сейчас вестготы вторглись на земли империи, требуя все новых контрибуций и новых земель. По слухам вожак вестготов Аларих уже близок к Риму, требует у его хозяев новых земель для поселения готов на территории империи, требует увеличения жалования — он то служит Риму, то бунтует, требует льгот для своего племени..."

"По слухам, из Степи недавно вынырнули страшные гунны, громят бургундов, свевов, алеманов. Уже вторглись в Галлию, опустошили. Мир трясет, как слабое деревцо в ураган, что выросло, не зная ничего, кроме легкого бриза. Вот и он ведет огромное полчище, что растет с каждым днем, к которому присоединяются отряды молодых героев: все мечтают служить под рукой такого вождя, как он...

Он вздрогнул, навстречу несся Унгардлик с двумя воинами, все трое махали руками:

— Стоять!.. Стоять!

За спиной Фарамунда мощно гаркнул Громыхало:

— Отря-я-яд, стой!.. Остановиться!

Зычный голос пронесся вдоль всей дороги:

— Стоять!.. Остановиться!

Солнце уже поднялось над горизонтом. Далеко впереди яркие лучи пронизывали пыльное облако. Фарамунд ощутил, как сердце стукнуло чуть-чуть чаще. Такое облако поднимается либо от огромного стада скота, либо от движения большого войска.

Все, кто от летней жары снял доспех, теперь торопливо напяливали, помогали соседу застегнуть панцирь. Золотые волосы франков исчезали под железными или войлочными шапками. Кто-то заранее обнажил меч.

Повозки останавливались, возницы настегивали коней, слышалось ржание, скрип колес. Повозки ставили широкой дугой, защита от конницы, а сверху с повозок удобно бить как копьями, так и мечами.

Внезапно в пыльном облаке блеснула искорка, потом еще. Искры разрослись, похожие на излом слюды под солнцем.

Там мог блестеть только металл.

— Бургунды отказались нас пропустить, — повторил Унгардлик в который раз. — На переговоры не идут. Они сказали, что их честь не позволяет вступать в переговоры с противниками Рима.

— Они будут воевать, — подтвердил Мирдлихт.

— Но ты же вступил в переговоры?

Мирдлихт холодно улыбнулся:

— Есть разница. Мы силой отняли эти земли у Рима! Потому мы Риму ничем не обязаны. А бургунды эти земли от Рима получили в дар. С обязательством защищать рубежи Рима на этом участке. Честь им не позволит нас пропустить.

— Может быть, — предположил Фарамунд. — Им будет достаточно небольшого сражения?

Мирдлихт понял, покачал головой:

— Нет. Они будут стоять до последнего человека, но нас не пропустят. Они сами долго воевали с Римом, но если дали ему слово, то...

— Понятно, — сказал Фарамунд с великой неохотой. — Тогда бой!

Он старался избегать сражений.